13:23

Вакцины и аутизм

Вакцины и аутизм

Докатилась волна и до наших палестин, и вот уже на телеэкране страстно выкрикивает некто, что-де он не станет прививать своего ребенка против коклюша и прочих возможных болезней, потому что вакцины эти заражают детей аутизмом. И тщетно сидящий напротив врач мягко возражает распалившемуся родителю, что эти истерические опасения давно уже опровергнуты многочисленными научными исследованиями, — родитель невменяем и требует тут же, немедленно — вынь и положь все «за» и «против», чтобы «люди сами могли разобраться и решить».

Под все это отведено пятнадцать минут, из них невменяемый родитель кричит минут десять, сбитый с толку ведущий уговаривает участников «найти общий язык» — еще четыре, так что врачу остается ровно минута, чтобы изложить все «за» и «против», да так, чтобы весь народ, в ужасе застывший перед телеэкранами, все понял и сам разобрался, прививать детей, рискуя аутизмом, или не прививать, рискуя менингитом. Задача безнадежная. Просвещение — оно требует времени, да и тогда успех далеко не гарантирован. Но все же попробовать можно. У меня времени больше, чем минута. Давайте я — вместо врача — выну и положу. А вы — послушайте.

Волна на сей раз прикатилась из Калифорнии. Сей самый богатый, самый просвещенный и самый «передовых взглядов и поветрий» американский штат — давний зачинщик и заводила в борьбе родителей с разного рода вакцинами. Не случайно здесь свирепствовала самая большая в Америке за последние 50 лет эпидемия коклюша. Вот они, плоды просвещения, точнее — просвещенного невежества. Но это я в сторону. По делу же следует сказать, что в связи с этой эпидемией врачи предпринимали весьма энергичные усилия. На что богатые и просвещенные калифорнийские родители ответили очередными бурными демонстрациями под лозунгом: «Не дадим заражать наших детей аутизмом!»

Первые демонстрации против детских вакцин прошли в Калифорнии еще в 1982 году. В ту пору в Америке проводились массовые прививки малых детишек с использованием комбинированной вакцины ДКС, защищающей от дифтерии, коклюша и столбняка, и вдруг вашингтонское телевидение выбросило на экраны программу под названием «ДКС, или вакцинная рулетка», в которой утверждалось, что эта вакцина может «заразить детей аутизмом». Так что прививать своего ребенка — все равно что играть в рулетку со смертью, а дальше, дорогие родители, как сами знаете. Кстати, основную часть этой пугающей программы составляли рассказы самих родителей о детях своих знакомых (или о детях знакомых своих знакомых), якобы ставших аутистами «вскоре после прививки», а вперемежку с этими рассказами на экране появлялись некие «эксперты», которые подкрепляли сказанное своими псевдонаучными объяснениями, попутно сообщая зрителям, что «СПИД не имеет никакой связи с вирусом СПИДа», а «современная медицина — это самое примитивное орудие в истории человечества». Убедительная, в общем, была передача, к тому же она была еще и повторена несколько раз, а потом вдобавок получила приз «Эмми» как «лучшая научная телепрограмма года», так что сами понимаете, резонанс был огромный, по всей Америке прокатилась волна массовых отказов от вакцинации, и, конечно, просвещенная Калифорния была здесь в первом ряду. А вы бы не были?

Вообще говоря, страх перед вакцинами — он не сегодня родился. Уже в 1821 году, после введения обязательной прививки против оспы (с использованием, по методу Дженнера, слабого вируса коровьей оспы), по всей Англии запестрели плакаты, на которых люди изображались с головами коров — вот во что, мол, нас обратят этими вакцинами. И хотя история вакцин — это история блестящих достижений, но она же — и история роста антивакцинистского движения. Сегодня в Америке оно имеет даже неофициального лидера. Им является бывшая модель журнала «Плейбой» Дженни Маккарти. В 2002 году эта красавица родила сына, которого тотчас стала рекламировать как «кристального ребенка». Вскоре, однако, ее сына диагностировали как аутиста, и тогда Маккарти объявила, что виной этому — комбинированная вакцина против кори, свинки и краснухи, привитая ее сыну врачами. С того времени звезда «Плейбоя» стала активно пропагандировать отказ от вакцинации детей в телешоу и в своих многочисленных книгах.

Разумеется, всякая вакцина может вызвать болезненные последствия, в некоторых (достаточно редких) случаях — даже весьма серьезные. Ведь в вакцинах используются те или иные болезнетворные агенты: в некоторых (немногочисленных) видах — живые вирусы, в большинстве (в том числе во всех детских) — ослабленные; отдельные вакцины изготавливаются на основе (опять же ослабленного) токсичного вещества, создаваемого вирусами, или части белка, или полисахарида с их оболочки. И потому желание родителей быть уверенными в безопасности детских вакцин зачастую основано на вполне серьезных соображениях. Более того — оно, это желание, во многом способствовало непрестанному совершенствованию этой безопасности. Но результатом оказался парадокс. Когда некоторые, весьма распространенные раньше и зачастую имевшие тяжелейшие последствия, детские болезни были практически искоренены в западных странах, родители стали привыкать к мысли, что их детям «и так ничего не грозит», и нечего их пичкать с малолетства вакцинами, которые-де ослабляют их еще неразвитую иммунную систему, а то и вызывают аутизм. Так родилась и стала шириться — именно в «просвещенных» странах — волна отказов от вакцинации детей, которая, в свою очередь, вызвала новый всплеск прежних, казалось бы, окончательно побежденных болезней: например, в той же Америке с 2005 года коклюшем ежегодно заболевают свыше 25 тысяч детей, и растет число случаев кори.

Виноваты в этом, конечно, не вакцины, а прежде всего те, кто от них отказывается, потому что в иммунологии существует такое понятие, как «групповой иммунитет»: чем больше процент иммунитета в детской группе, тем меньше опасность, что ребенок столкнется с больным однолеткой и заразится. В случае кори или коклюша, например, этот иммунитет, по мнению врачей, должен быть (в силу чрезвычайной заразности этих болезней) не ниже 95 процентов, так что здесь на счету каждый невакцинированный ребенок, не важно — «мой» или чей-то «чужой». Между тем в той же Калифорнии, которая сейчас стала главным в Америке очагом этих «вернувшихся болезней», свыше 40 процентов (!) школ не прошли вакцинацию против коклюша и кори, и не прошли именно потому, что воспротивились школьные советы — под сильнейшим давлением «просвещенных» родителей.

Но почему это «возвращение в строй» празднуют прежде всего именно коклюш и корь? Тут мы как раз возвращаемся к тому, с чего начали, — к проблеме вакцин и аутизма. Последние десятилетия стали временем быстрого роста числа новых, в том числе и комбинированных, детских вакцин, которые прививаются детям порой уже через несколько дней после рождения, а чаще — в полгода-год и далее по графику раз в несколько лет. С другой стороны, в эти же последние десятилетия врачи стали все чаще диагностировать у детей аутизм (этот диагноз обычно ставится к году, то есть все чаще приходится на то время, когда дети только что или недавно прошли вакцинацию). Конечно, рост числа диагнозов аутизма вызван не столько ростом заболеваемости, сколько прежде всего улучшением диагностических методов, но для охваченных тревогой родителей линия причинно-следственной связи выглядит иначе: больше прививок — больше аутизма и, значит, прививки вызывают аутизм. Типичное заблуждение: после того — значит, вследствие того. И вот уже Дженни Маккарти кричит с экрана…

Поначалу, в 1982 году, виной всему аутизму был объявлен тимерозал. Это соединение этила с ртутью в свое время проявило способность хорошо защищать лекарства и вакцины от микробов и грибков и потому на протяжении пятидесяти с лишним лет широко использовалось как защитная добавка к вакцинам и препаратам. Но постепенно в разных странах мира тимерозал стали запрещать к использованию и снимать с производства. В Европе это произошло в 1992 году, в Америке — в 1997 году. С 2001 года ни в одной западной стране вообще не разрешают использовать ртуть в детских вакцинах. Кстати, рост диагнозов аутизма с тех пор не прекратился. Но все это не помешало той же Маккарти поначалу заявить — всё с того же многотерпеливого экрана, — что ее сын (родившийся, напомню, в 2002 году) заболел аутизмом из-за тимерозала, который содержался в комбинированной вакцине КСК (против кори, свинки и краснухи). Позже, поняв нелепость этого обвинения, она возложила вину за сыновний аутизм на саму вакцину. Но теперь уже она ссылалась на ученых, которые, как она говорила, «недавно доказали, что именно эта вакцина может вызывать аутизм».

И знаете — она не впустую ссылалась. Дело в том, что незадолго до этого в британской печати появились статьи, сообщавшие о случаях заболевания аутизмом в результате прививки вакцины КСК. Эти статьи подняли огромную волну страхов перед вакциной КСК в частности и другими детскими вакцинами вообще. Ведущим автором статей был британский гастроэнтеролог Эндрю Вейкфилд. Ему суждено было еще раз прославиться двенадцать лет спустя, но об этом позже. В 1998 году Вейкфилд сообщил, что ему пришлось наблюдать двенадцать детей с жалобами на устойчивые желудочно-кишечные заболевания, начавшиеся в пределах одного месяца после прививки КСК, и у всех этих детей он обнаружил признаки задержанного умственного развития, а у восьми из двенадцати — аутизм. Исходя из этих наблюдений, Вейкфилд выдвинул предположение, что вакцина КСК, по всей видимости, вызывает такого рода кишечное воспаление, которое приводит к выбросу в кровоток неких белков, которые обычно не выходят из стенок кишечника, но, «вытолкнутые» туда вакциной, способны проникнуть в мозг и повлиять на умственное развитие детей.

Статья Вейкфилда и его коллег вызвала серьезные сомнения среди специалистов, но была немедленно подхвачена печатью и телевидением, попала в заголовки, стала сенсацией и, вполне понятно, породила массовую истерию среди родителей, которые стали толпами отказываться (и многие по сию пору отказываются) от вакцинации своих детей вакциной КСК; отсюда возвращение именно коклюша и кори. А в 2002 году Вейкфилд еще более подкрепил эту истерию, опубликовав новую статью, в которой сообщал, что в группе из девяноста детей-аутистов он у семидесяти пяти обнаружил присутствие в организме вируса кори, тогда как в контрольной группе здоровых детей этот вирус оказался только у пяти из семидесяти. Вывод очевиден: поскольку вирус кори содержится (хотя и в ослабленном виде) в вакцине КСК, он и виноват в том, что эта вакцина вызывает аутизм.

Забегая вперед, скажу, что сегодня доктор Вейкфилд работает в Техасе, в частной фирме, занятой «созданием безопасных вакцин». Оказался он там не по своей воле. В 2010 году журнал «Ланцет» сообщил на весь мир, что отзывает его статьи, то есть иными словами — дезавуирует их выводы. В том же году Британский медицинский совет рассмотрел представленный специалистами анализ публикаций Вейкфилда, признал его данные сфальсифицированными, а публикации «научно несостоятельными» и навсегда лишил их автора права практиковать в Великобритании. Вейкфилд перебрался в США, где люди более доверчивы и где Джейн Маккарти не перестает по сей день ссылаться на него в своем крестовом походе против вакцин.

Тем не менее волна страхов, вызванная «гипотезой Вейкфилда», побудила провести специальные исследования. Безопасность — так безопасность. И все они показали, что рост аутизма никак не связан с размахом вакцинации. Таким образом, «теория» Вейкфилда была окончательно похоронена.

Кстати, бедный тимерозал тоже оказался неповинен в аутизме. Впрочем, врачам это было понятно сразу, потому что признаки отравления детей ртутью ясно отличимы от признаков аутизма. Но коль скоро возникла волна ложных слухов, поднятая запретом тимерозала, были проведены специальные исследования и на этот счет. В Англии, Дании, Швеции и Канаде изучалась связь между числом случаев аутизма и числом прививок прежними вакцинами, еще содержавшими тимерозал. Ни в одной проверке такая связь не была обнаружена. В Швеции и Дании, например, число случаев аутизма оставалось постоянным все годы использования таких вакцин и стало устойчиво расти после запрета на тимерозал.

Еще один вид научно-медицинских проверок был стимулирован теорией, сменившей «гипотезу Вейкфилда» и утверждавшей, будто причиной аутизма является ослабление иммунной системы ребенка в результате введения комбинированных вакцин, якобы содержащих «слишком много за один раз» вирусных белков и полисахаридов. Специальные исследования опровергли и это ходячее мнение, показав, что сопротивляемость детей к инфекции, против которой они не были вакцинированы, одинакова у детей, получивших комбинированную прививку против других болезней, и у детей, не вакцинированных вообще. Кстати, и тут тоже проявилась великая сила невежества: слух об аутизме, вызванном ослаблением иммунной системы «в результате множества прививок», повторяли все, кто умел произносить слово «иммунный», но никто из них не удосужился полезть в Интернет, где мог бы узнать, что, к примеру, четырнадцать детских вакцин, находящихся в хождении сегодня, содержат менее двухсот бактериальных или вирусных белков и полисахаридов, тогда как семь вакцин, применявшихся в 1980 году, содержали их три тысячи!

В завершение несколько слов о самом аутизме. Очень большую роль в изучении этиологии этой болезни сыграли исследования идентичных и неидентичных близнецов, которые показали, что если один из идентичных близнецов аутист, то в 60 процентах случаев второй тоже аутист. Для неидентичных близнецов вероятность, что второй ребенок аутист, близка к нулю! В более широком толковании аутизма (включая сюда синдром Аспергера и «неспецифическое общее нарушение развития») эти же цифры составляют 92 процента и 10 процентов соответственно. Это значит, что аутизм — заболевание не инфекционное, а генетическое. Далее, первые признаки аутизма обнаруживаются уже к году, а иногда и в четыре месяца, то есть вскоре после рождения (когда, кстати, никаких КСК еще нет и в помине). И наконец, имеются данные, заставляющие думать, что аутизм вообще появляется в утробе матери. Например, аутизм особенно часто встречается у детей, подвергшихся воздействию талидомида. Это успокаивающее лекарство, выпущенное в 1957 году, было запрещено для беременных в 1961-м, когда выяснилось, что оно тормозит развитие рук, ног, ушей и глаз зародыша; применение талидомида породило 10–20 тысяч детей-уродов. Так вот, аутизм у этих детей появляется часто, но при этом он всегда бывает у детей, родившихся с аномалиями уха, но не руки или ноги. А поскольку руки и ноги формируются после 24 недель беременности, то можно думать, что аутизм возникает много раньше и связан, скорее всего, с нарушениями очень раннего внутриутробного развития нервной системы.

Отрывок из книги Рафаила Нудельмана "Неизвестное наше тело"

Просмотров: 525
Рейтинг: 5.0/1
Добавлено: 27.02.2017

Темы: вакцинация, медицина, аутизм, СМИ, вакцины, наука, общество, ртуть
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]