19:52

Планирование и делание истории



Александр Зиновьев

Прогнозы и проекты будущего

Хотя различие прогнозов и проектов будущего кажется само собой разумеющимся, практически они смешиваются. Проект будущего может включать в себя элементы прогноза и наоборот. Тем не менее это - различные явления как с логической, так и с социологической точки зрения. Прогноз есть явление в сфере познания, а проект - в сфере практической деятельности людей. Действия людей в соответствии с заранее намеченными планами (проектами) того, что они собираются создавать и вообще делать, есть обычное явление в человеческой жизни. Но в нашем случае речь идет о проектах социальных, причем касающихся больших объединений людей, и даже всего человечества, и требующих для своей реализации огромных усилий большого числа людей в течение длительного времени. Самым грандиозным проектом такого рода в истории человечества является марксистский проект будущего коммунистического общества. Маркс превратил проблему прогнозирования будущего общества в проблему делания будущего по заранее придуманному проекту. Мыслители, говорил он, до сих пор стремились объяснить мир, задача же состоит в том, чтобы изменить его. Маркс и его последователи (особенно Ленин) разработали программу и стратегию преобразования социальной реальности по своему проекту.

И это были не только слова. Век XX был веком колоссальных успехов реального коммунизма. Последний стремительно овладевал планетой, угрожая существованию западного мира. Он на самом деле имел шансы стать будущим для всего человечества, как предсказывали коммунисты. Опасения одних и надежды других, что именно так и будет, доминировали в умонастроениях человечества. Победа западного мира в холодной войне против Советского Союза, я полагаю, положила этому конец. Во всяком случае, надолго отложила реализацию этого идеала.

Типы социальных процессов

Отдельно взятые сознательные действия людей характеризуются наличием цели, плана и управляемости. Разумеется, все это - в той или иной степени. Множество сознательных действий множества людей, как-то связанных в единое целое и совершающихся во временной последовательности, образуют социальные процессы. Эти процессы можно рассматривать с точки зрения целенаправленности, плановости и управляемости. При этом предполагаются какие-то люди или объединения людей, которые определяют цели процессов, строят планы (проекты) достижения целей и предпринимают сознательные действия, имеющие целью управление людьми для осуществления этих планов. Когда такие свойства процессов выражены слабо или отсутствуют совсем, мы говорим, что такие процессы происходят как стихийные или как естественно- исторические. Когда степень целенаправленности, плановости и управляемости процессов оказывается достаточно высокой, мы говорим, что они являются сознательными.

Все известные теории социальной эволюции исходили из явного или неявного взгляда на эволюцию человечества как на стихийный, непланируемый, неподконтрольный воле и сознанию людей естественно-исторический процесс. Этот взгляд сложился, когда люди слишком мало знали о закономерностях своей социальной жизни и имели слишком мало средств оказывать заметное влияние на ее эволюцию. Силы человечества еще были не настолько велики, чтобы допустить самую мысль о возможности сознательного управления ходом истории.

Вернее, такая мысль возникала только в сказках, в религиозных учениях и в головах облеченных властью фанатиков. Человечество было раздроблено на огромное число враждующих объединений, и мысль о мировом единстве выглядела неосуществимой утопией. Существовали регионы с высокой степенью автономности эволюции. На значительные эволюционные перемены требовались века и даже тысячелетия. Даже марксизм, выдвинувший идею переделки социальной организации человеческих объединений в соответствии с заранее построенным проектом, фактически разделял рассматриваемый взгляд на эволюцию человечества. Он лишь приспосабливал идею сознательной переделки мира к некоему естественному ходу истории в соответствии с некими объективными законами, действующими якобы в пользу трудящихся. Эти типы процессов имеют общие черты. Но и различаются с точки зрения социальных законов, доминирующих в них. В отношении планируемых и управляемых процессов доминирующими являются осознаваемые законы постановки целей, планирования и управления действиями множеств людей, вовлекаемых в них. В отношении стихийных (естественно-исторических) процессов доминируют неосознанные социальные законы, имеющие силу в отношении множеств действий людей в пространстве и времени.

Эволюционный прогресс

В истории человечества происходило увеличение степени сознательности действий, а также масштабов таких действий. Такой же прогресс имел место в отношении сознательных процессов. Увеличивались масштабы планируемых и управляемых процессов и увеличивалась их роль в жизни людей. В наше время прогресс в этом отношении оказался настолько грандиозным, что охватил эволюцию человечества в целом, причем произошел качественный перелом на этот счет. Рассмотренный выше взгляд на социальную эволюцию стал анахронизмом. Человечество вступило в эпоху, когда эволюционный процесс стал происходить в значительной степени не по своему капризу, не стихийно.
Сознательный и планомерный элемент в нем приобрел такую силу, что стал доминирующим в комплексе факторов эволюции. В связи с тем, что теперь в эволюционный процесс вовлекаются гигантские массы людей в качестве активных участников событий и гигантские ресурсы, субъективные факторы эволюции приобрели неизмеримо большее значение, чем раньше. Возросла степень запланированности, изученности и осознанности социальных явлений и поведения людей, возросла степень контроля за ходом процессов и следования планам. Неимоверно усилились средства манипулирования массами людей и коммуникации, а также средства решения проблем большого масштаба. Возникли бесчисленные проблемы, которые в принципе не могут быть решены сами по себе, без участия огромных интеллектуальных сил и без использования огромных материальных средств (экологические и демографические проблемы, например).

Все это в совокупности дало новое качество самого характера эволюции человечества. Степень непредвиденности и неожиданности исторических событий резко сократилась сравнительно с резко возросшей степенью предсказуемости и запланированности. Холодная война Запада, возглавляемого США, против коммунистического Востока, возглавляемого Советским Союзом, была с самого начала запланированной операцией глобального масштаба. В ней было много незапланированного, непредвиденного и неподконтрольного, что неизбежно даже в мелких операциях, но в целом и в главном, в определяющих ход процесса решениях стратегов войны, она была именно такой, как я сказал выше. А самой грандиозной попыткой планируемой и управляемой социальной эволюции был коммунистический эксперимент в Советском Союзе. Чем бы он ни кончился, он оказал неизгладимое влияние на эволюцию всего человечества. Происходящий на наших глазах эволюционный перелом происходит именно как сознательное и планируемое стремление организовать все человечество по принципам западнизма и под эгидой Запада. Он происходит с использованием баснословных ресурсов, какие были немыслимы даже в первой половине прошлого века. Причем происходит настолько успешно, что уже возникла иллюзия полной подвластности хода истории воле и желаниям его вдохновителей и исполнителей.

Социальные проекты и наука

Социальный проект будущего в принципе не может быть наукой. Наука в данном случае может появиться только как опытная, то есть исходящая из факта существования человеческого объединения в реальности, а не только на бумаге. А проект создается тогда, когда такого объекта в реальности нет и нет стопроцентной гарантии, что он будет создан и создан именно таким, каким проектируется.

Опыт реализации коммунистического проекта показал, что объект, создаваемый по данному проекту, в силу условий и объективных социальных законов оказывается весьма далеким от проекта. У людей вообще возникает сомнение в том, что это и есть неизбежная реальность воплощения проекта в жизнь. Построить новое общество - это не дом построить!

При построении социального проекта наука может использоваться, как это произошло с марксистским проектом, но лишь в той мере, в какой она подкрепляет соблазнительные обещания изобретателей проекта. Предвидение последствий реализации проекта ограничено интересами вовлечения масс людей в деятельность по преобразованию их объединения. Если людям сообщать все то, что может предвидеть научное исследование в отношении последствий реализации проекта, он успеха иметь не будет.

В сознательно проектируемом и делаемом по этому проекту будущем используется наука. Но какая наука и как используется? Научного понимания западнизма нет и вряд ли когда-либо будет в распоряжении творцов истории. Нет и научного понимания создаваемого человеческого объединения, поскольку оно еще не создано, а то, что строится, научному изображению вообще не подлежит. Но есть совокупность знаний о том, как разрушать те или иные нежелательные социальные системы. Так, во второй половине XX века развилась советология, сыгравшая большую роль в разрушении Советского Союза и советского коммунизма. В ней не было никакого научного понимания коммунистического социального строя. Но оно и не требовалось. Более того, оно даже мешало. Чтобы убивать китов, не требуется биологическая наука о животных, нужна наука обнаружения, убийства и разделывания китов. В науку о строении и образе жизни китов не входит описание гарпуна и способа оперирования им.

Помимо науки разрушения складываются науки созидания человеческих объединений в соответствии с практическими интересами созидателей и с конкретными условиями созидания, скажем, практические науки. Так, реальный коммунизм в Советском Союзе не был построен в строгом соответствии с марксистским проектом и не в соответствии с научным подходом к коммунизму, а в соответствии с конкретными условиями страны и планами строителей. Пятилетние планы (пятилетки) не были проектами общества и фрагментами науки о нем. Это были конкретные планы деятельности, подобные проектам домов, заводов, каналов и так далее, только более грандиозного масштаба. Они имели конкретные цели. Масштабы и характер этих целей придавали им видимость реализации социального проекта. Но при этом создавалось нечто такое, чего не было ни в каком проекте, а то, что напоминало социальный проект, в реальности оказывалось чем-то качественно иным. Опыт практической деятельности, однако, закреплялся как особая наука и использовался в новых планах и их свершениях.

В сознательном делании будущего используются, далее, многочисленные науки, касающиеся различных явлений природы, людей и отдельных явлений человеческой жизни. Это общеизвестно и очевидно. Наконец, и отдельные элементы научного понимания социальных явлений используются так или иначе в составе всего того интеллектуального материала, который участвует в делании будущего. Можно сказать, что эти элементы научности содержатся в <растворенном> виде в этом материале, в который включается и идеология. Люди <глотают> частички научности, <пожирая> совсем не научную интеллектуальную <пищу>, подобно тому, как они поедают витамины в составе привычной пищи, не подозревая об этом или не выделяя витамины из массы еды.

Социальные проекты и объективные законы

Сказанное выше вовсе не означает, будто роль объективных социальных законов становится менее важной или исчезает совсем. Возрастает роль субъективных факторов, имеющих свои объективные законы. И роль последних возрастает. Их действие становится близким к действию законов природы. Например, раньше казалось, что чем больше и сложнее объединение людей, тем менее оно контролируемо. Это убеждение сложилось на основе условий своего времени. Тогда не принимали во внимание стремительный прогресс средств сбора, обработки и распространения информации, прогресс средств коммуникации, прогресс средств манипулирования массами людей и других факторов контроля за людьми. А в результате совокупного действия этих факторов степень контролируемости человеческих объединений резко возросла. Но это, повторяю, не означает, будто история стала жертвой произвола каких-то сил. Проектируемая и управляемая история имеет свои объективные законы, отличные от стихийного исторического процесса, но все-таки законы. И следствием этих законов является, как бы парадоксально это ни выглядело на первый взгляд, возрастание степени вынужденности социальных действий людей и степени предопределенности эволюции человечества.

Творцы истории оказываются в гораздо большей мере детерминированными в своей деятельности по проектированию истории, чем ранее. Они сами управляются тем рулем истории, с помощью которого они управляют историей, в гораздо большей мере, чем их предшественники. Президенты могущественных стран нашего времени, наделенные колоссальной властью, не могут позволить себе капризы, бывшие обычными для королей и императоров прошлого. Рост сознательно-волевого аспекта социальности вполне уживается с ростом степени принудительности и непослушности исторического процесса в целом ряде его аспектов. Если бы во власти людей было исключить преступность, нищету, инфляцию, безработицу, войны и прочие общеизвестные язвы современного общества, они сделали бы это. Но пока это не в их силах. Приобретая власть над одними явлениями, люди порождают другие неподвластные им явления.

Парадоксы творимой истории

Не все то, что планируется и делается для осуществления планов, делается к лучшему, на благо людей. Человечество и входящие в него объединения людей не есть нечто однородное. Интересы людей и их объединений различны, зачастую противоположны. Проектируемость и управляемость эволюции в реальности осуществляются в борьбе враждебных сил, в пользу одних и во вред другим, причем с точки зрения интересов и соотношения сил в настоящем, не считаясь с последствиями в будущем. В 1917 году в России начался грандиозный исторический эксперимент по созданию коммунистического общества, во многом оказавшийся успешным. Одновременно становилось все более очевидным, что самые соблазнительные идеалы коммунистического проекта практически невыполнимы, а те, которые оказались выполнимыми, порождали негативные следствия, не предусмотренные в проекте. Если советские коммунисты стремились перестроить весь мир по коммунистическому образцу, то после сокрушительного поражения советского коммунизма западный мир перехватил инициативу и начал преобразование образа жизни народов и стран планеты по своему, западному образцу.

Но и он подвластен тем же самым объективным законам социальной эволюции, как бы велика ни была степень ее проектируемости и управляемости. Активные и могущественные творцы современной истории, действуя в своих интересах, упорно загоняют поток истории в ограниченное искусственное русло, исключая всяческими мерами неподконтрольные ответвления от основного течения. Тем самым они делают исторический поток предопределенным, а значит, уже не зависящим от их воли. Задача их сознательно-волевой деятельности сводится теперь к тому, чтобы достроить до конца единственное искусственное русло исторического потока, охранять его, следить за тем, чтобы в нем не возникали трещины, чтобы какие-нибудь злоумышленники не проделали дыры в нем. Средства массовой информации запугивают общество последствиями вторжения в биологический механизм наследственности людей и в механизм развития зародышевых клеток зрелых организмов. Но уже произошло нечто более страшное, а именно - люди вторглись в механизм социальной эволюции человечества. Разрушительные последствия этого вторжения дают знать о себе очевидным образом уже теперь, а о причинах их не говорится ни слова. Более того, выяснение этих причин и предание их широкой гласности является фактически запретным или настолько затрудненным, что те сведения, которые как-то доходят до сознания масс, остаются без всяких последствий.

Прогресс одурачивания

Прогресс познания людьми бытия, просвещения, поумнения и т.д. сопровождался прогрессов извращения бытия, помутнения умов, оглупления, сознательного одурачивания и т.д. и трудно сказать, в чем больше человечество преуспело – в первом или во втором. Во всяком случае, глядя на происходящее, невольно приходишь к мысли, что прогресс во втором аспекте начинает доминировать над прогрессом в первом.

Причем – прогресс не только в смысле роста числа обманываемых и оглупляемых (оно перевалило за миллиарды), но и в смысле мощности средств обмана и оглупления, а также вовлечения в этот процесс самой просвещенной и казалось бы умной части человечества. Теперь для разоблачения обмана требуется высочайший уровень развития средств научного мышления, которые сами оказались в положении гонимых, запретных или, по крайней мере, непоощряемых. И поразительно то, что миллионы и даже миллиарды людей охотно одурачиваются и оглупляются, так что гипотеза гибели человечества вследствие собственной глупости и самообмана приобретает все более серьезные основания. В этой статье я познакомлю читателя с одним приемом одурачивания и оглупления огромных масс людей, который сейчас стал буквально тотальным в средствах обработки сознания россиян (и не только их).

Суть этого приема заключается в том, чтобы для описания данной реальности отбирать из множества событий такие, чтобы каждое суждение об этих событиях по отдельности было истинным, но чтобы их совокупность как целое была ложной. Классическим примером на этот счет является <Архипелаг ГУЛАГ> Солженицына и вообще сочинения диссидентского периода, разоблачавшие советскую реальность, создававшие ее образ как <империи зла>. В современных средствах массовой информации, в литературе, в кино, в научых сочинениях и в публицистике примеры такого рода можно видеть в изобилии.
Как это возможно из суммы истинных по отдельности суждений сложить в целом ложную картину реальности? Нет ли в этом моем утверждении логического противоречия? Никакого противоречия тут нет. Ситуация тут с логической точки зрения довольно простая (если, конечно, вы знакомы в достаточной мере с логикой, чего нет у подавляющего большинства оболваниваемых людей). В реальной жизни больших человеческих объединений, состоящих из многих миллионов людей, в течение многих лет (десятилетий) происходит огромное число всякого рода событий. Сосчитать их практически невозможно. Это – миллиарды событий. И запомнить их люди не в состоянии, если бы даже знали о них. А их знания ограничены. Каждый по отдельности бывает свидетелем лишь ничтожной их части. Находятся люд, которые из этого множества событий отбирают лишь некоторые и фиксируют их в суждениях (в языке).

Эти суждения по отдельности могут быть истинными. Они объединяются в целостные тексты. И эти тексты выдают за описание (за образ) реальности в целом. Если отбор событий производится тенденциозно (а обычно так и делается), совокупность истинных суждений как целое оказывается ложным образом реальности как целого.
Именно так и случилось с сочинениями о сталинской эпохе, разоблачавшими ее <ужасы>. Классическим образцом на этот счет может служить упомянутый <Архипелаг ГУЛАГ> Солженицына. Из океана событий сталинской эпохи тенденциозно вырывались отдельные события. Суждения о них группировались в ограниченных текстах, которые выдавались за образ эпохи в целом. И многими воспринимались именно так, на что и был рассчитан этот жульнический прием. На самом же деле (с научной точки зрения) процент таких событий в отношении к общему числу событий той эпохи был ничтожен. Можно привести примеры других исторических эпох, в которых процент аналогичных событий неизмеримо выше, но никому не приходит в голову обвинять их в преступности, как это делается в отношении сталинской эпохи. В отношении последней имела и имеет место до сих пор умышленная фальсификация, осуществляемая с помощью профессионально разработанных жульнических приемов, – приемов преднамеренного оболванивания масс людей.

Но может быть историческая значимость событий, вырванных из океана событий эпохи для ее характеристики, была настолько значительна, что все прочие события меркнут перед ними? На самом деле и с этой точки зрения упомянутые сочинения, <разоблачающие> сталинизм, суть преднамеренная фальсификация истории. В сталинскую эпоху в Советском Союзе произошли такие грандиозные социальные события, по сравнению с которыми события, используемые разоблачителями сталинизма для его дискредитации, являются точно также ничтожными. О подобных событиях просто умалчивают, когда речь идет о других эпохах и других странах. В отношении же сталинской эпохи тут используется также другой прием фальсификации истории: замалчивать социально значительные события или занижать степень их социальной значимости и вытаскивать на первый план событий менее значимые и непомерно преувеличивать их значимость. Этот прием широко и систематически используется в наше время для тотальной фальсификации истории, проходящей на наших глазах и с нашим участием. Чтобы заметить такое жульничество, требуется уже более высокий интеллектуальный уровень как в смысле научного понимания социальных явлений, так и техники их фальсификации (техники одурачивания).

Хочу предложить читателю такой примитивный прием. Разделите события на три категории: значительные, нейтральные и незначительные. Различение сделайте хотя бы очень грубое: смотрите на события с точки зрения их важности для организации, жизнедеятельности и перспектив российского общества в целом и основной массы его граждан. Это – гражданский подход к событиям, вполне доступный на первых шагах осмысления реальности средне образованным людям с некоторым жизненным опытом. Понаблюдайте средства массовой информации хотя бы в течение пары недель и подсчитайте информацию о событиях по упомянутым категориям. Думаю, что вы сами легко установите факт систематического информационного оболванивания россиян.

Мне уже приходилось говорить о фальсификации Великой отечественной войны 1941- 1945 годов (<Украденная победа>, 15.11.04г.). в этом случае жульничество состоит в том, что событие вроде бы отмечается и возвеличивается, но как?! В его изображении не указываются главные участники, благодаря которым была достигнута победа, а именно – советская социальная организация, коммунистическая партия, сталинское руководство и лично Сталин. О нем либо вообще ничего не говорят, либо говорят несусветную чушь, изображая дело так, будто он только вредил и мешал. И победа достигнута вопреки ему. Трудность обнаружения фактов фальсификации истории состоит в том, что для этого требуется достаточно развитое и в какой-то мере признанное научное понимание реальности, возможность публичного разоблачения фактов фальсификации более или менее регулярно и наличие людей, занимающихся этим как выполнение своего гражданского долга. Ничего подобного пока в России нет.

Александр Зиновьев

Просмотров: 482
Рейтинг: 5.0/1
Добавлено: 10.02.2015

Темы: революции, история, наука, общество, прогресс, будущее, социология, коммунизм
Всего комментариев: 1
1
1  
Отличная статья. По мере прочтения было несколько "вспышек", т.е. продвижение в ответах на вопросы, над которыми давно размышляешь.
Спасибо автору и организатору размещения материала.

Спасибо!

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]