12:17

Рождество и пастухи



В той стране были на поле пастухи, которые содержали ночную стражу у стада своего. Вдруг предстал им ангел господень, и слава господня осияла их; и убоялись страхом великим. И сказал им ангел: не бойтесь; я возвещаю вам великую радость, которая будет всем людям: ибо ныне родился вам в городе Давидовом спаситель, который есть Христос господь… Когда ангелы отошли от них на небо, пастухи сказали друг другу: пойдем в Вифлеем и посмотрим, что там случилось, о чем возвестил нам господь, и поспешив пришли, и нашли Марию, и Иосифа, и младенца, лежащего в яслях.
(Лука, глава 2, стихи 8-11, 15-16)


Мы уже знаем, что Иосифу достаточно было увидеть сон, и он сразу успокоился. Этот образцовый жених обещал стать идеальным супругом. Напрасно, Мария боялась замужества!
Сразу же после брачной церемонии плотник заявил, что они с женой будут спать на разных постелях. Остался ли он верен своему слову? Евангельская легенда не содержит на сей счет никаких указаний. Все дальнейшее говорит за то, что непорочная дева из Назарета не всегда столь сурово относилась к своему почтенному супругу. Однако не будем забегать вперед.

Истина вынуждает признать (и мы охотно это делаем), что, по крайней мере поначалу, Мария довольствовалась единственным посещением святого духа. Священный текст, приводимый профессором факультета богословия в Руане аббатом Фуаром в его книге «Жизнь Иисуса», гласит: «После брачной церемонии молодая супруга вернулась в свой дом; но Иосиф не знал ее до того дня, когда она родила сына и нарекла его Иисусом» (выдержка из Вульгаты).
— Ну, а потом? — спросит любознательный читатель. Потом?.. Это мы увидим.
Иосиф со своей стороны очень гордился честью, которая выпала на его долю. Пусть он не был отцом мессии, но хотя бы именоваться таковым — это вам тоже не шутка! Он с радостью объявил себя законным папашей ожидавшегося младенца и окружил Марию самой нежной заботой.

В те дни вышло от цезаря Августа повеление сделать перепись всех подданных Римской империи. Иудея составляла тогда часть этой могущественной державы; управляли ею уполномоченные цезаря, одним из которых был и упомянутый выше царь Ирод.
По повелению императора, каждый подданный записывался не там, где он родился или проживал, а в том месте, откуда происходила его семья или род. Поэтому Иосифу, принадлежавшему к роду Давидову из города Вифлеема, пришлось идти записываться в Вифлеем.

Время для путешествия оказалось весьма неудачным: надо было покидать Назарет, а Мария была уже на сносях.
Едва супруги добрались до Вифлеема, у молодой женщины начались родовые схватки. Иосиф сунулся в гостиницу, но, увы, все номера были заняты приезжими.
Что оставалось делать? Пришлось искать хоть какое-нибудь пристанище.

Устроились в первом же попавшемся хлеву. И тут холодной зимней ночью, лишенная чьей бы то ни было помощи, Мария родила нашего героя прямо на соломе, служившей подстилкой скотине. Поистине удручающая обстановка для появления на свет божества!
Однако не станем сокрушаться по поводу этого скорее комичного, нежели печального происшествия. Ведь не следует забывать, что Иисус все предвидел и сам пожелал для себя такой жалкой участи, что никто не заставлял его родиться в хлеву и что только по собственному желанию Иисуса бык и осел были удостоены чести услышать его первый божественный крик. Прибережем наше сочувствие для тех поистине несчастных людей, которые ни за что ни про что терпят бедствия и пострашнее.
Иосиф же был счастлив: вот он, вот его мессия, он держит его в своих руках, он пеленает его, он делает ему «агу-агу»! Именно он, и никто иной, будет отныне считаться папашей малютки. Какая слава!
О том, что Иосифу на роду было написано изумляться, не приходится и говорить. Но сюрпризы для него только начинались.

Прежде всего, со всех окрестных холмов стали стекаться пастухи, чтобы поклониться его сыну.
Вы не верите, что в самый разгар зимы — дело-то происходило 25 декабря — по холмам бродили пастухи? Да, да, любезный читатель, самые настоящие пастухи, те, что в холодную зимнюю ночь пасли стада. Вас это удивляет? А между тем церковь ручается нам за это своим святым словом.

Пастухи эти находились на холмах Вифлеема и сторожили там овец. Внезапно они увидели яркое сияние. Небеса разверзлись, и оттуда градом посыпались ангелы; они стали трубить в свои трубы и подняли невообразимый шум. Шум, должно быть, и впрямь был оглушительный, ибо, как говорит святой Лука, пастухи «убоялись страхом великим».
— Не бойтесь, пастухи, — сказали им ангелы. — Мы явились, чтобы возвестить великую радость вам и вашему народу. Слушайте же: только что родился спаситель. Идите в город по главной дороге, а там сверните в третью улицу налево. Не доходя пятьдесят шагов до шестого фонаря вам попадется небольшой сарай, дверь его будет приоткрыта. В сарае вы увидите молодую женщину, быка, старца, осла и голенького младенца. Этот младенец и есть мессия. Вы читали книги пророков? Ну конечно, не читали, ведь вы же неграмотные. Но это неважно: знайте, что пророки возвестили приход мессии; весь мир ждет его вот уже четыре тысячи лет, как видите, не со вчерашнего дня. Сегодня долгожданный мессия у вас под носом. Идите же в Вифлеем, да поживее, и вы узрите его!
Пастухи встали, а ангелы, возносясь туда, откуда они низринулись, заголосили во все горло: «Осанна! Осанна! Осанна небесам, и на земле мир, и в человеках благоволение!»
Не прошло и часу, как пастухи уже заполнили хлев и распростерлись перед малышом, который визжал, как обычно визжат дети его возраста. Они поклонялись ему, дарили масло, молоко и сыры всевозможных сортов.
Иосиф благодарил их, пожимал им руки и запихивал сыры в свою котомку. Со слезами радости на глазах он говорил:
— Это я для ребенка!..

НЕСМОТРЯ НА НЕПОРОЧНОСТЬ, МАРИЯ ВСЕ-ТАКИ ОЧИЩАЕТСЯ

А когда исполнились дни очищения их по закону Моисееву, принесли его в Иерусалим, чтобы представить пред господа.
(Лука, глава 2, стих 22)


Выполнив все формальности, связанные с переписью, Иосиф поспешил покинуть Вифлеем, этот негостеприимный городишко, где девственницы вынуждены рожать в конюшнях.
Он захватил с собою жену и малыша и отправился в Иерусалим, чтобы, согласно обычаю, принести младенца в храм.
По прошествии восьми дней, опять же согласно еврейской религии, маленькому Иисусу следовало сделать обрезание.

По поводу этого обрезания среди ученых-теологов шли жаркие дискуссии. Кто произвел сию операцию? — ломали себе голову ученые схоласты. Евангелисты хранят об этом молчание, а между тем такую проблему любопытно было бы прояснить.
Наиболее смекалистые полагают, что священный обряд совершил не кто иной, как Иосиф: таким образом отец-кормилец сам пролил первые капли божественной крови.
Однако не станем тратить время на выяснение степени вероятности этих предположений. Лучше отметим удивительную непоследовательность бога, который нисходит на землю специально для того, чтобы, покончив с еврейской религией, основать вместо нее другую, и первым делом позволяет (ибо без его ведома ничего не делается) совершить над собою еврейский обряд. Одновременно с операцией обрезания новорожденным младенцам присваивалось имя. Нашего героя назвали Иисусом; это имя архангел Гавриил порекомендовал Марии во время своего визита в Назарет. Как при жизни, так и после смерти Иисуса его называли бесчисленным количеством других имен, в том числе было и прозвище Христос, что значит помазанник, или миром помазанный, мессия; Слово, — скорее уж ходячее Слово, — и так далее…

Но дать младенцу имя — это еще не все.
Согласно закону Моисееву принести новорожденного в храм было недостаточно: необходимо еще было совершить обряд очищения матери.
Духовенство испокон веков отличалось редкой изобретательностью в способах поднажиться за чужой счет. Для обряда очищения женщина, которую церковь считала оскверненной родами, обязана была принести в дар священникам горлицу и ягненка, а за неимением таковых — компенсацию в виде некоторой суммы денег. Что касается ягненка, то его поджаривали на жертвенном алтаре, после чего он попадал в дом священника и тот имел отличнейшее жаркое. Деньги также переходили к нему в карман. Мария не видела надобности уклоняться от установленного обычая. Конечно, она могла бы сослаться на то, что вмешательство святого духа ничуть не осквернило ее, что она теперь еще более непорочна, чем когда-либо, и посему ни в каком очищении не нуждается. Но видимо, сама она не была убеждена в своем целомудрии в такой мере, как ее муж-плотник.

Впрочем, она правильно поступила, что пошла в Иерусалимский храм, ибо благодаря этому ей посчастливилось встретить там старца Симеона, того самого, который благословил ее союз с Иосифом, и услышать из его уст молитву, приводимую в евангелии.
Несмотря на почтенный возраст, у Симеона была великолепная память на лица.
Он с первого взгляда узнал Марию и Иосифа, а когда ему показали младенца Иисуса, старик про-пел дискантом:
— Теперь я могу умереть спокойно, ибо видели очи мои спасителя народа Израилева!

ВОЛШЕБНАЯ ЗВЕЗДА

Когда же Иисус родился в Вифлееме Иудейском во дни царя Ирода, пришли в Иерусалим волх-вы с востока, и говорят: где родившийся царь иудейский? Ибо мы видели звезду его на востоке и пришли поклониться ему.
(Матфей, глава 2, стихи 1-2)


В это время далеко на Востоке было много небольших государств. Правили ими монархи, которых называли волхвами или магами, потому что они занимались магией, астрологией и тому подобными науками.
Трое из этих монархов-мудрецов якобы дружили между собою; они собирались поочередно то у одного из них, то у другого и вместе штудировали свои колдовские книги.
Имена этих ученых властелинов не были известны евангелистам, но достопочтенный Беда, английский монах, живший в восьмом веке, получил на сей счет божественное откровение, и благодаря ему весь католический мир знает теперь их имена наизусть.
Итак, их звали: первого — Мельхиор, второго — Гаспар и третьего — Валтасар. Достопочтенный Беда, знавший о них куда больше, чем все четыре евангелиста, вместе взятые, сообщает нам множество ценнейших сведений: «Мельхиор был седовласым старцем с большой бородой. Гаспар, который, напротив, был молод, не носил бороды; он был краснокожим. Что касается Валтасара, то этот принадлежал к черной расе и бороды не брил».

Однажды ясной осенней ночью три наших мудреца находились в принадлежащей одному из них обсерватории и наблюдали небесные светила, пытаясь открыть какую-нибудь доселе еще неизвестную комету. Вдруг они видят, что на небосводе появилась необычайно яркая звезда, которая тут же начала совершать какие-то странные движения. Наблюдатели были поражены.
— Видите эту звезду? — обратился Мельхиор к своим друзьям. — Она движется, не так ли?
— Да, да, перемещается справа налево, а потом слева направо, — подтвердил Валтасар.
— Больше того! — воскликнул Гаспар, — Мне кажется, она отплясывает польку! Что сие может означать? — задумались волхвы. Мельхиор, как председатель ученого общества, внес следующее предложение:
— Давайте, друзья, разойдемся на часок по отдельным кабинетам и там, в тишине и покое, основательно изучим этот феномен, а потом соберемся снова и обменяемся результатами своих расчетов.
Так они и сделали.

В течение часа три ученых монарха испещрили цифрами горы пергамента. За это короткое время они побледнели и осунулись — до такой степени изнурила их работа. Вернувшись в большой зал обсерватории, они с торжественным видом положили свои исписанные пергаменты на стол, затем ненадолго снова подошли к окну.

Загадочная звезда по-прежнему сверкала перед ними и продолжала носиться по небу в неистовом танце.
— Странно, очень странно, — бормотали волхвы, вновь усаживаясь за стол.
Первым взял слово Мельхиор:
— Я подсчитал, сколько прыжков делает светило за семнадцать минут; это количество я умножил на 4.228.695, из произведения вычел 5372. Остаток я разделил на 47. После этого я произвел двадцать девять умножений, столько же вычитаний и делений, каждый раз используя один и тот же множитель, одно и то же вычитаемое и один и тот же делитель. Вот мой окончательный результат. И Мельхиор показал длинное-предлинное число.
Гаспар и Валтасар тоже усердно потрудились и произвели множество математических расчетов, положив в основу своих вычислений первые пришедшие им в голову цифры.
Между тем — поистине чудо! — полученный ими результат тютелька в тютельку совпадал с результатом Мельхиора.
Монархи-мудрецы переглянулись, и все трое в один голос торжественно произнесли:
— Результаты наших расчетов движения звезды с неопровержимостью доказывают, что в окрестностях Иерусалима нынешней зимой родился новый царь иудейский и что, поскольку царь этот есть Бог, мы должны отправиться к нему на поклонение.
Превосходная это штука — математика! Великолепная вещь — точные науки! Заметьте, я нисколько не преувеличиваю: в самом евангелии сказано, что не ангел возвестил волхвам рождение Христа, нет: по движению звезды, по ее перемещениям они заключили, что в окрестностях Иерусалима и так далее… Так как сама звезда ничего им не сказала, то, следовательно, ключ к этой феноменальной проблеме они нашли путем своих необычайных расчетов.
— Пойдем на поклонение к новому иудейскому царю, — вновь подтвердили свое решение Гаспар, Валтасар и Мельхиор.
Не теряя зря времени на то, чтобы проститься со своими женами, они отправились в путь, даже не подумав о том, что на время их отсутствия, которое могло оказаться весьма длительным, подвластные им государства останутся без правителей.

Путешествие продолжалось четыре месяца. В самом начале февраля три монарха прибыли в Иерусалим.
На основании своих вычислений ученые властелины знали, что в Иудее должен родиться новый царь; но эти вычисления не указывали точного места, где его чудесное рождение произойдет. Однако у них был безупречный проводник — та самая звезда. Она шла перед ними, она сияла как днем, так и ночью. Им достаточно было следовать за нею. Так она привела их в Иерусалим спустя несколько дней после того, как Мария совершила обряд очищения и принесла своего младенца в храм.

ПОКЛОНЕНИЕ ВОЛХВОВ

Они, выслушав царя, пошли: и се, звезда, которую видели они на востоке, шла перед ними, как наконец пришла и остановилась над местом, где был младенец. Увидев же звезду, они возрадовались радостью весьма великою.
И, войдя в дом, увидели младенца с Мариею, матерью его, и, пав, поклонились ему; и, открыв сокровища свои, принесли ему дары: золото, ладан и смирну.
(Матфей, глава 2, стихи 9-11)


Прибыв в Иерусалим, наши волхвы узнали, что новый царь родился шесть недель тому назад. Они отправились в путь месяца за три до его появления на свет.
Нетрудно представить, как были изумлены жители Иерусалима при появлении роскошного каравана восточных монархов. Подобного великолепия им давно уже не приходилось видеть; мальчишки высыпали на улицу и восхищенно глазели на верблюдов, покрытых попонами из драгоценных тканей.

Волхвы взяли себе гида, и он проводил их к царю. Поскольку из их вычислений не явствовало, что к семейству царя Ирода новорожденный принц отношения не имеет, они рассчитывали найти чудесного младенца в царской резиденции.
Царь Ирод был крайне поражен, когда его коронованные коллеги, прибывшие из дальних стран, обратились к нему на чистейшем еврейском языке со следующими словами:
— Дорогой собрат, мы пришли, чтобы поздравить вас с благополучным рождением сына.
— То есть как?! — воскликнул Ирод. — Моя жена уже давно никого мне не рожала!
— Однако, — возразил Мельхиор, — нам с математической достоверностью известно, что сорок дней тому назад родился будущий царь иудейский. Если он не принадлежит к вашей династии, то не будете ли вы любезны указать нам, где мы можем его найти?
— Послушайте, что за вздор вы несете? — спросил Ирод.
— Ваше величество, нам явилась звезда, волшебная звезда, звезда, которая двигается. Она и привела нас в эти края. Сами понимаете, если звезда позволяет себе подобные вольности, значит, на то есть серьезные причины. Словом, мы уверены в своем утверждении. Мы доскональнейшим образом изучили науку о небесных светилах, и мы можем лишь повторить наш вопрос: если будущего царя иудейского нет в вашем дворце, то где, скажите, он обретается?
Ирода смутила убежденность, с какой говорили эти ученые государи. Он подумал про себя, что такие почтенные люди вряд ли отправились бы за тридевять земель верхом на верблюдах только за тем, чтобы над ним подшутить. А так как Ирод считал, что будущим царем иудейским может быть лишь его законный наследник, то его до смерти перепугала мысль о каком-то таинственном сопернике.

Но, будучи человеком опытным, он не обнаружил и тени тревоги и с улыбкой на устах ответил волхвам:
— Новость, которую вы мне сообщаете, дорогие мудрецы, действительно неожиданна, но она переполняет меня радостью. Продолжайте, пожалуйста, следовать за вашей звездой и, когда вы найдете будущего царя иудейского, возвращайтесь во дворец и скажите мне, где находится его резиденция. Я тоже буду счастлив нанести визит августейшему младенцу.
— О, мы собираемся к нему не с обычным визитом! — заметил Гаспар. — Будущий царь иудейский будет могущественнее нас с вами. Мы идем к нему на поклонение.
— Ах вот как! — воскликнул Ирод. — Ну что ж, и я хочу ему поклониться. Вы не можете отказать мне в этом удовольствии.

Ирод предложил волхвам по стаканчику вина с бисквитом, и они удалились, обещав по возвращении сообщить ему точный адрес будущего царя.
С этой минуты Ирода охватила сильнейшая тревога. Он был до того расстроен внезапной вестью о рождении соперника, что даже и не подумал воспользоваться самым простым способом его отыскать. А способ этот заключался в следующем: по примеру волхвов, Ироду достаточно было пойти вслед за звездой. Но такая мысль не пришла ему в голову.

Валтасар, Мельхиор и Гаспар одни побрели за блуждающим светилом. И куда бы вы думали оно их привело? В Назарет? Ничуть не бывало! Зарегистрировавшись в переписном листе, Иосиф со своею семьей оставил Вифлеем и двинулся в Иерусалим, чтобы представить Иисуса в храм. После этого им ничего не оставалось, как возвратиться домой, в свой родной Назарет, но они почему-то вновь направились в негостеприимный Вифлеем, ибо, если верить евангелию, поклонение волхвов происходило в Вифлееме.
Напрасно мне стали бы возражать, будто оно состоялось до принесения Иисуса во храм. Я бы ответил, что это немыслимо: поскольку Ирод знал о рождении мессии и разыскивал его, младенец Иисус наверняка не избежал бы царского гнева, если бы в такое тревожное время его родители имели неосторожность открыто принести ребенка в синагогу, дабы первосвященник публично совершил над ним соответствующий обряд. Могут еще возразить, что установленная церковью дата поклонения волхвов — 6 января, тогда как сретение господне состоялось 2 февраля, и что, следовательно, визит волхвов предшествовал очищению богородицы. На это я отвечу: даты церковного календаря вообще противоречат здравому смыслу. В самом деле, как объяснить, что поклонение волхвов состоялось 6 января, а избиение младенцев (его следствие), в соответствии с католическим календарем, произошло за девять дней до того, то есть 28 декабря?

Дело все в том, что христианская легенда представляет собою сплошной вымысел; что же касается священнослужителей, то их ложь просто бессовестна, а противоречия в их россказнях вопиющи.
Логически рассуждая — если вообще уместно говорить о логике применительно к евангельским сказкам, — семейство Иосифа сперва исполнило все формальности, которые по закону Моисееву были связаны с обрядами принесения и очищения, а затем совершенно без всякой надобности вернулось в Вифлеем. Впрочем, как знать: может быть, плотник позабыл в хлеву дюжину-другую пристежных воротничков?

Итак, звезда остановилась в городе Давидовом как раз над легендарной конюшней. В ней, бесспорно, еще находились бык и осел. Что же до Иосифа, то, если верить святому Матфею, он от-сутствовал.
Волхвы, говорится в Новом завете, «войдя в дом, увидели младенца с Мариею, матерью его, и, пав, поклонились ему; и, открыв сокровища свои, принесли ему дары: золото, ладан и смирну» (Матфей, глава 2, стих 11).
Дары волхвов неизменно повергают меня в недоумение.

Церковные писатели сообщают в подробностях, какой подарок сделал каждый из волхвов, и надо признать, что двое из них не обнаружили особой щедрости. Мельхиор раскрыл свой ларец и преподнес все его содержимое: оно состояло сплошь из золота. Гаспар подарил ладан — вещь не слишком ценную. Валтасар положил перед яслями немного смирны — пахучей смолы, которая ничуть не дороже ладана.
Для монархов, прибывших издалека, Гаспар и Валтасар проявили невероятную скаредность. Право, не стоило тащиться невесть куда, чтобы везти подобные гостинцы!
Ну ладан еще куда ни шло: подарок, конечно, грошовый, но в нем хоть можно усмотреть желание польстить. Гаспару не дорого обошелся преподнесенный им комплимент…
Но Валтасар… Ох уж этот Валтасар! Какой скряга!.. Чуточку смирны — вот все, чем он одарил своего бога!.. Ну не обидно ли, право? Что же означала ваша смирна, Валтасар? Достопочтенный Беда объясняет, в чем тут дело: «Смирна, которая была в руках царя-негра, напоминала о том, что сын человеческий должен умереть». Древние действительно пользовались смирной для бальзамирования покойников. Что скажете? Не правда ли, какой милый знак внимания, какой подходящий подарочек: бальзамировочная смола для новорожденного!

Лично я не могу согласиться с объяснением английского монаха: по-моему, Валтасар был просто скупердяем, который неохотно раскошеливался на подарки.
Во всяком случае, вместе с золотым ларцом волхвам удалось всучить свой ладан и смирну. Однако подношение Мельхиора надо признать поистине царским. Даже если он преподнес ларец средней величины, то и тогда в этой шкатулке золота было приблизительно на тридцать — сорок тысяч франков, что по тем временам представляло кругленькую сумму.
Но вот новая загадка для моего простодушия: об этом весьма приличном состоянии евангелие ни разу больше не упоминает. В «священном писании», напротив, говорится о том, что Мария и Иосиф всегда бедствовали. Что же касается Христа, то он был попросту нищим и всю жизнь находился на содержании у щедрых и предприимчивых женщин довольно сомнительного поведения, которыми мы в свое время еще займемся.

Отрывок из книги Лео Таксиля "Забавное евангелие"

Просмотров: 770
Рейтинг: 5.0/1
Добавлено: 07.01.2014

Темы: дары волхвов, Бог, Рождество Христово, Мария, библия, Забавное евангелие, царь иудейский, рождество, религия, христианство
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]