16:02

Когда-то в старинном здании было Общество охраны памятников, а теперь здесь кашеварят попы

–Ирина Гасановна, как Вы прокомментируете сообщения об открытии в Рязанском кремле церковного музея?

— Когда я наблюдаю за всем этим действом, меня не покидает ощущение некоего зазеркалья, абсурдности всего происходящего. Открыт музей, который по определению должен быть назван рейдерским. Это, к сожалению, не первый опыт у нас в стране. Первым стал музей-заповедник в Костроме, в Ипатьевском монастыре, где точно так же был буквально ограблен государственный музей: у него отобрали помещения и значительную часть коллекции и на основе отобранного открыли церковный музей. Рязань пошла по стопам Костромы. С любой точки зрения — законности, морали, здравого смысла — это абсолютное зло. И пример того, как не надо создавать музеи. В то же время сегодня в стране есть вполне положительный опыт создания епархиальных музеев: церковные знатоки и ценители собирают старину, как, например, в Ставрополе — глава епархии сам собрал коллекцию иконописи, а затем эта коллекция стала основой церковного музея. Подобный опыт можно только приветствовать, поскольку в таком случае действия церкви идут во благо: сохраняются культурные ценности, и общество получает возможность к ним приобщаться.

Но что мы видим в Рязани? Пять лет после регистрации в 2006 г. церковный музей существовал только на бумаге, то есть фиктивно. Никто ничем не занимался, да и некому было чем-либо заниматься — епархия зарегистрировала музей... и благополучно про него забыла.

Теперь, с принятием закона «О передаче имущества религиозного назначения», Рязанская епархия (а теперь уже, кстати, митрополия) о музее вспомнила и принялась — нет, не заниматься кропотливой, долгой и очень сложной работой по формированию музейного собрания. Рязанская митрополия принялась изымать готовую коллекцию у государственного музея, называя свои действия «созданием епархиального древлехранилища».

На самом деле это называется другим словом, а именно — рейдерством. Причем церковники, судя по всему, сами чувствуют уязвимость своей позиции. Чтобы хоть как-то оправдать свои захватнические действия, изъятые с помощью Минкультуры РФ музейные иконы они тут же объявили… чудотворными.

В действительности, эти иконы никогда, и до того, как они попали в музей-заповедник, чудотворными никем не считались. Более того, уникальная Одигитрия Рязанская, 20 лет назад раскрытая реставраторами из-под поздних записей и датируемая еще домонгольским периодом, началом XIII века, вдруг превращается у основателей епархиального древлехранилища в известную когда-то в Рязани и утерянную после 1917 г. чудотворную Богоматерь Федотьевскую. Почему, на каких основаниях — не понятно. Это, видимо, известно только матушке Мелетье, заведующей фондами нового «музея». Что и когда ей приснилось ли, причудилось ли, мы, к сожалению, знать не можем. Так, сегодня, прямо на наших глазах откровенно и беззастенчиво фальсифицируется история.

Что касается Министерства культуры, то оно, как обычно, потакает церковным деятелям и тем стимулирует «православное рейдерство» (как на днях публично заявил министр А.А. Авдеев, «мы ориентируемся на позицию патриарха, мы сотрудничаем со святейшим»[1]). Сначала этими вопросами занимался замминистра А.Е. Бусыгин, главный «церковный лоббист Минкультуры»[2], а теперь на смену ему пришел бывший глава комитета по культуре Госдумы 5-го созыва, депутат от «Единой России» Г.И. Ивлиев. Этот господин имеет рязанские корни, но в силу, видимо, своей необразованности, или, скорее, партийной принадлежности, рассказывает теперь о реализованной рейдерской операции с церковным музеем как о некоей благости: «Как замечательно! Мы это сделали! Нам было трудно, но мы это сделали!»

Не могу не прокомментировать один из основных посылов, которым инициаторы рейдерской кампании объясняют свои имущественные притязания: предметы культа должны хранить исключительно церковники. Это вульгарная и убогая логика, о которой уже тысячи раз было сказано. По этой логике оружие должны хранить военные, книги — библиотекари, столовую утварь — рестораторы и т. п. Это глупо и смешно. Но, к сожалению, мы живём в такое время, когда совершенно откровенное мракобесие, этот идиотизм с легкостью подхватывается и транслируется дальше государственными людьми на уровне федерального министерства и выше.

— Скажите, а кто руководит церковным музеем?

— До недавнего времени директором музея была монахиня Мелетья — заслуженный работник культуры РФ Татьяна Мухамедовна Панкова, которая несколько десятилетий проработала в Рязанском музее-заповеднике ни много ни мало секретарём межмузейной партийной организации (конечно же, имеется в виду КПСС), понимаете? То есть это человек, который привык всегда держать нос по ветру: была власть советская — она работала секретарем парторганизации, теперь власть облизывает церковь, — и Татьяна Мухамедовна сделалась матушкой. В любой ситуации она всегда на коне. Мелетья значилась директором, пока епархиальный музей существовал только на бумаге. Теперь же в руководстве музея произошли кадровые перестановки, и директором стал настоятель Спасского монастыря, а Мелетья переведена в «ответственные хранители музейных ценностей». Есть еще некий помощник директора, служитель одного из кремлевских соборов[3]. Таким образом, сейчас в штате музея три человека, из которых двое совмещают эту работу со своей основной.

Знаю, что архиепископ Павел (Пономарев), недавно ставший Рязанским митрополитом, в полушутливой форме предлагал нашим сотрудникам работу в «Древлехранилище», но понятно, что никто этих предложений не принял. Больше ничего о сотрудниках церковного музея я сказать не могу.

Недавно я заходила в Архангельский собор, где расположена основная экспозиция древлехранилища, — впечатление удручающее. Те же иконы, что были в соборе в нашей экспозиции древнерусского искусства, только с плохим освещением, ничего не разглядеть, кроме Одигитрии, она осталась в хорошо освещенной музейной витрине. Этикеток нет, сами, мол, должны понимать, где, кто и что. Все пожарные выходы перегорожены различной церковной утварью, ведь в храме идут службы. Когда храм находился в ведении музея-заповедника свободного пространства было больше, и то МЧС запретило работу, и экспозицию пришлось закрыть, а здесь — никаких тебе претензий при явных нарушениях. Каменный саркофаг С. Яворского XVIII в. спрятан, какая-то церковная мебель загораживает белокаменную доску с описанием кончины и погребения одного из рязанских иерархов XVII в. Вместо каменных полов XVII–XIX вв. — современные отлакированные доски, обозначенный реставраторами первоначальный уровень пола XV в. наглухо запрятан. А ведь все это было объектами музейного показа, и в соборе много лет проводились занятия по программе «Храм и его устройство», куда толпами ходили рязанские школьники и студенты, приобщались к великой культуре, в т.ч. и религиозной. Чего сегодня добились эти деятели в своей неуемной погоне за властью и влиянием на общество? По-моему, ответ очевиден.

Между тем, у церкви свое видение ситуации: как и светские власти, они озабочены наращиванием бюрократического аппарата, увеличивают штаты чиновников от церкви. Недавно местная епархия РПЦ поделилась на три и стала митрополией. И здесь не обошлось без экспроприаций. Поскольку образовалась новая епархия с центром в городе Скопине (районный центр Рязанской области), под это дело выселили медицинское училище, перевели его куда-то на окраину, а здание училища в центре города, никогда не принадлежавшее епархии, передали под епархиальное управление. Власть, как всегда, прогнулась перед своим главным идеологическим союзником.

В Рязани РПЦ в последнее время отметилась новым скандалом. Якобы по инициативе прихожан (хотя вы сами знаете, как всё это обычно бывает) церковники решили в одном из городских микрорайонов построить «храмовый комплекс». Кроме храма там планировались воскресная школа, просфорная, автомобильная парковка и дом священника. Городская дума предложила на выбор несколько площадок, батюшки же остановились на …парке, единственном зеленом уголке в этой части города, где отдыхают все жители. При этом митрополит Павел — просто сказочник! — в интервью газете на голубом глазу заявил, что при строительстве ни одно дерево в парке не будет вырублено. Горожане, молодежь и ветераны, встали стеной против такого беспредела — в результате церковный наезд пока удалось отбить, в предвыборный период власти старательно уходят от публичных скандалов. Кстати символично, что это Парк имени Ю. Гагарина, заложенный рязанцами в честь первого полета в космос. Сегодня, как видим, у власти другие приоритеты.

В соседнем микрорайоне разворачивается похожая история, хотя запросы РПЦ там скромнее: в Парке Морской славы хотят построить часовню. Но как они строят часовни, мы знаем не понаслышке, уже проходили. Несколько лет назад городские власти и общественность согласовали епархии строительство часовни — так же в одном из городских парков. Так вот, вместо согласованной скромной часовни батюшки отгрохали огромный храм, под который ушло полпарка. И теперь экологи хватаются за голову, ведь выходит, что, согласовав проект, они невольно стали соучастниками преступления.

Так что конфликты горожан и общественности с РПЦ в Рязани идут повсеместно, не только за Рязанский кремль, но и за другое имущество, за площадки под строительство, за сохранение зеленых зон и прочее.

Расскажу вам ещё одну историю. Весной 2011 года церковь попросила в собственность одно из зданий Кремля (хозяйственную постройку XVII-XIX вв.), не входившее в состав музея-заповедника, в котором много лет заседало региональное отделение Общества охраны памятников (ВООПИК). Последние 20 лет у Общества не было возможности поддерживать здание в должном состоянии, работать в нем было уже нельзя, оно перестало отапливаться, и руководство ВООПИК настойчиво просило город выделить им новое помещение. Эту постройку, нуждающуюся в серьезной реставрации, неоднократно просил перевести в свое ведение музей, т.к. она находится на его территории и является неотъемлемой частью архитектурного ансамбля Кремля, но городские власти неизменно отказывали, при этом и ВООПИКу не предоставляли нормального помещения, и не реставрировали памятник. А как только епархия заикнулась о своих претензиях на здание — они мигом были удовлетворены. Поскольку здание официально не считается памятником (хотя, по сути, как и весь ансамбль Кремля, оно должно входить в реестр особо ценных объектов культуры), его передали церкви даже не в пользование, как другие памятники Кремля, а в собственность. ВООПИКу же взамен отобранного никакого нового здания предоставлено не было, весь архив Общества продолжал храниться в этой ветхой постройке. Церковники тут же повесили на двери свой замок и буквально стали вышвыривать бумаги на улицу, так что бывшим хозяевам пришлось срочно развозить архивные дела по своим квартирам.

Когда у новых владельцев поинтересовались, как они планируют распорядиться полученным зданием, выяснилось, что там будут готовить еду для служителей кремлевских храмов, т.е. памятник XVII в. будут примитивно использовать как хозяйственное помещение. Я считаю этот случай также очень показательным для нашего абсурдного времени: когда-то в старинном здании было Общество охраны памятников, а теперь здесь кашеварят попы. Хотя, чему удивляться...

Недавно в Рязани провели совместное выездное заседание Общественная палата при Президенте РФ и президиум Центрального совета ВООПИК, в связи с этим городские власти вроде бы опять пообещали новое здание для Общества, но обещания так до сих пор и остаются обещаниями, как говорится, воз и ныне там. Что касается участников заседания, то они были просто обескуражены ситуацией с памятниками в городе в целом. Строительная вакханалия в историческом центре, массовое уничтожение памятников на фоне радужных отчетов комитета по культуре и абсолютного бездействия и беспомощности органов архитектурного надзора — такой предстала перед ними Рязань.

— Какова сейчас ситуация с проектом нового здания музея-заповедника?

— Напомню, согласно утвержденной Концепции развития музея-заповедника, в порядке компенсации за изъятые в Кремле храмы и с целью обеспечения возможностей дальнейшего развития, музею планируют построить новое здание рядом с Кремлем. В Кремле, в гражданских постройках, по-прежнему останутся исторические экспозиции, т.е. все памятники после вывода вспомогательных музейных служб и хранилища окажутся в максимальном доступе для граждан (что декларируется в Конституции и предписывается законодательством о культуре). В новом здании планируют разместить фондохранилище, библиотеку, детский центр, новые экспозиции (сейчас у музея выставлено всего 5–6% огромных коллекций) и все музейные службы. Минэкономразвития выделило деньги, и в октябре 2011 г. прошел аукцион, на котором выставлялся проект нового здания со стартовой ценой 50 миллионов рублей и нормативными сроками строительства 16 месяцев.

Выиграла конкурс никому не известная фирма — ООО «Хоумленд Архитектура» («спасибо» «замечательному» закону № 94-ФЗ), которая предлагала все сделать за полтора(!) месяца и всего лишь за 15 млн. руб., поскольку, как заявили представители фирмы, это для них «имиджевый заказ» — они в нём заинтересованы для собственной раскрутки. Полтора месяца проектировщики судорожно пытались что-то делать: выезжали на место, осматривали музейные фонды, полтора месяца озадаченные ими хранители, чертыхаясь, срочно взвешивали(!) и обмеряли свои коллекции. Как и следовало ожидать, все закончилось так, как и должно было закончиться — пшиком. По подготовленному фирмой проекту, в исторической зоне должны были построить трехэтажное здание с запредельной для этого района высотой (21 м), — убогую, невыразительную громадину, больше похожую то ли на современный торговый центр, то ли на гостиницу, которая обязательно перекрыла бы и просто угробила всю уникальную историческую архитектуру Соборной улицы и Соборной площади. Когда члены научно-методического совета музея в ходе обсуждения проекта стали возмущаться такими вопиющими нарушениями градостроительных норм, директор музея О.С. Кречетова заверила, что на этот счет предварительно заручилась поддержкой Росхранкультуры, которая по необходимости, при возникновении вопросов с чьей бы то ни было стороны, «обещала всё согласовать», основываясь на существовании прецедента: недалеко от предполагаемого места строительства нового здания музея уже находятся две современные диссонансные постройки. Слава Богу, ничего согласовывать не пришлось, т. к. в итоге контракт с «Хоумленд Архитектура» был расторгнут по причине «невыполнения его условий» подрядчиками, как сообщила сотрудникам, не вдаваясь в подробности, директор музея-заповедника. Деньги возвращены в бюджет.

В январе 2012 г. подготовка к строительству нового здания возобновилась, но теперь этой проблемой, размещением заказа на проект, занимается непосредственно Минкультуры РФ, музей же привлекается лишь для уточнения различных вопросов. Кроме того, археологи музея-заповедника подняли вопрос о необходимости проведения перед началом строительства предусмотренных законом обязательных археологических исследований застраиваемой территории. Обращаю внимание — сотрудники музея, а не областной комитет по культуре, который обязан этим заниматься, но предпочитает отмалчиваться. Так что строительство нового здания для музея — это вопрос долгий, сложный, и начнется оно не завтра.

— Есть ли какие-то новые претензии теперь уже у митрополии к музею?

— Во-первых, они не оставили мысли полностью выселить музей из Кремля. На пресс-конференции, которая состоялась в ноябре 2011 г. по случаю открытия древлехранилища, в присутствии замминистра Г.И. Ивлиева эти планы вновь проговаривались. Правда, до сих пор так никто и не знает, что конкретно епархия планирует разместить в зданиях, занятых ныне музейными экспозициями, если ей их предоставят-таки. Кроме того, в планах у митрополита расширение коллекции древлехранилища. Они же получили из фондов музея-заповедника пока только 66 предметов «религиозного назначения», больше «переварить» сразу не смогли, тогда как наметили изъять в общей сложности 1300.

Поэтому музею нужно готовиться к очередной рейдерской операции. Впрочем, ситуация может радикально измениться в результате смены общеполитического курса в стране. Но уже сегодня, не дожидаясь кардинальных перемен, определенные меры против церковного рейдерства предпринимает музейная и рязанская общественность. Мы знаем, что осенью 2011 г. президент Российского комитета ИКОМ (Международного совета музеев) В.И. Толстой обращался по данному вопросу к министру А.А. Авдееву и представил результаты независимой юридической экспертизы, подтверждающей незаконность изъятия части коллекции у государственного музея. Общественный комитет защиты Рязанского кремля буквально бомбардирует обращениями прокуратуры всех уровней, включая генеральную. Ушлые прокуроры игнорируют доводы комитета и отписываются ссылками на известное Постановление № 490, которое противоречит основному закону, регулирующему деятельность музеев, № 54 ФЗ «О музейном фонде». Правда, господа правоохранители, видимо, сами подустали от однообразия своих ответов, поскольку последний ответ из районной прокуратуры был более чем оригинален: оказывается, терзаемое церковниками музейное собрание древнерусской живописи — это вовсе не коллекция (коллекции по закону неделимы), так решил районный прокурор В. Эпп, поэтому очевидно ее смело могут растаскивать все, кому не лень.

— Что могут сделать сотрудники музея, чтобы не допустить последующих передач?

— Для того чтобы подобная передача состоялась, должны быть соблюдены минимальные формальности, в частности, вопрос должен пройти через ЭФЗК музея-заповедника (экспертную фондово-закупочную комиссию). Я думаю, дирекция музея попытается как-то нейтрализовать тех членов комиссии, кто выступал и впредь намерен выступать против разбазаривания музейного фонда. Может быть, комиссия соберется в их отсутствие, может, их просто не пригласят под каким-либо предлогом или даже выведут из членов комиссии. (Напомню, при обсуждении первой передачи икон весной 2011 г. из присутствовавших 11 членов комиссии 6 проголосовали против, что, впрочем, ни дирекцию музея, ни Министерство не остановило, и незаконная передача все-таки состоялась). Судя по прошлому опыту, а также по тому, как наша дирекция поступила с Концепцией развития музея, можно ожидать чего угодно. По недавнему признанию бывшего заместителя директора РИАМЗ В.А. Толстова, вынужденного уволиться в прошлом году после отказа подписывать передачу епархии Архангельского собора, они втроём — замдиректора, учёный секретарь и директор — весной 2010 г. по настоянию директора совместно подделывали Концепцию, прежде чем представить её на утверждение в Министерство культуры. В результате из документа были убраны те места, на которых категорически настаивал и настоял Учёный совет музея-заповедника: существующие экспозиции музея должны остаться в исторических памятниках Кремля! То есть дирекция музея, вероятно, совершила уголовное преступление, именуемое подлогом (статья 292 Уголовного кодекса РФ), за которое, рано или поздно должна будет ответить по закону.

С учетом этого я не удивлюсь, если и дальше с музеем будут происходить различные чудеса и волшебства, которые, как известно, сегодня в России чрезвычайно распространены. Как бы то ни было, уверена, если каждый из нас, как бы ни была мала его должность и возможность влияния на ситуацию, будет честно выполнять свой профессиональный долг и не поведется на давление и принуждение сверху, преступать закон нынешним властителям станет намного сложнее.

Беседовал Александр Аверюшкин

Просмотров: 1550
Рейтинг: 5.0/1
Добавлено: 24.02.2012

Темы: Когда-то в старинном здании было Об, политика, музеи, попы, а теперь здесь кашеварят попы, религия, Россия
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]