03:00

РАЗВАЛ ВПК: РЫБА ГНИЕТ С ГОЛОВЫ

Развал системы, как правило, начинается с развала организационно-руководящего эшелона. Крах отечественного ОПК – это последствие господства в стране заворовавшейся и неумелой быдлократии.
Сейчас оборонная промышленность РФ катится к черту. Режим уже приступает к закупкам импортного вооружения, обрекая на смерть целые отрасли «оборонки». Но процесс идет дальше: некомпетентные «элитные» воры гробят и стратегические вооружения. Об этом красноречиво повествует книга Юрия Соломонова, директора Московского института теплотехники (МИТ) «Ядерная вертикаль». Из нее мы узнаем, как чуть не погиб проект мобильного комплекса «Тополь-М» и почему провалилась «Булава»…

РАЗВАЛ ГОСУДАРСТВА КАК ДЕЕСПОСОБНОГО ИНСТИТУТА
Можно долго рассуждать о том, нужно ли было начинать проект «Булава» и не лучше ли было довести до конца проект «Барк». Это – отдельная тема. В нашем же случае важен другой вопрос: а является ли нынешняя «вертикаль власти» дееспособным государством? Может ли она (как государство) воплощать сложные технические проекты, которые не были трудностью даже для брежневского СССР? Ведь если решение об осуществлении проекта принято – нужно его реализовать. Иначе – кабак, хаос и национальный позор.
И тут книга Соломонова рисует беспощадную картину. Государства в РФ нет. То, что называется «государством», недееспособно во всем, что не касается распила/отката. При Путине-Медведеве шел и идет распад государственной власти. Ее место занимает отчетливо выраженная криминальная, бардачная система, полностью негодная для целей промышленного и научно-технического развития страны.
Просто «Булава» - хорошая иллюстрация к этому прогрессирующему параличу государства. Если в РФ принимается решение воплощать тот или иной проект, это еще ничего не значит. Все равно потом начинаются палки в колеса и откровенный саботаж. Плюс откровенные подлость и корысть. «Булава» столкнулась с этими реалиями во всей красе.
«История создания боевой ракетной техники в СССР знала много случаев бескомпромиссной борьбы конкурентов. Однако эта борьба всякий раз продолжалась до тех пор, пока руководством государства не принимались окончательные решения, после чего все вставало на свои места в соответствии с известной поговоркой: «После драки кулаками не машут». Здесь же и уральские коллеги-традиционные разработчики комплексов морского базирования, и отдельные чиновники самого высокого уровня, включая заместителя председателя правительства, и высокопоставленные деятели Министерства обороны своими действиями не просто затрудняли процесс разработки, а в ряде случаев просто его блокировали…» - пишет Ю.Соломонов.
В попытке добиться хоть какой-то определенности генеральный конструктор МИТ обратился за помощью к главе Роскосмоса Юрию Коптеву (в книге он выведен под фамилией Копытов, возглавлял РКА/РАКА в 1992-2004 гг.) Мол, давайте соберем у вас совещание, пусть оппоненты выскажут все свои претензии в открытую, а мы – ответим так же открыто. Пригласим экспертов из МО и Академии наук. (Кстати, это – полностью сталинский стиль совещаний по спорным вопросам развития!) Но не помогло, ибо сей товарищ оказался необязательным и не вполне порядочным. Его испортили постсоветские реалии.
«…Он чувствовал себя как рыба в воде среди той правящей элиты, интеллектуальный потенциал которой был окрашен с основном в серые тона…
…Это было естественной реакцией человека, выросшего в жестких рамках государственной управленческой машины СССР и сталкивающегося с отсутствием элементарной исполнительской дисциплины, когда не выполнялись поручения руководства страны по порой важнейшим воросам – и никто не нес за это ответственности. Подобное не могло не порождать необязатепльности в большом и малом, если человек к этому предрасположен, что и происходило в данном случае…»
Коптев поступил некрасиво: пообещал назначить такое совещание, но потом отменил его – и не поставил МИТ в известность.
Параллельно развивается еще один сюжет: на дворе – 2004-й, но уже два года не выполняется поручение Путина о развертывании работ по модернизации комплекса «Тополь-М» с целью расширения его боевых возможностей. Тогда Ю.Соломонов предлагает начальнику департамента ОПК аппарата правительства: давайте я сам изготовлю проект постановления правительства, согласую его со всеми заинтересованными министерствами и ведомствами. Ибо государственная машина в данном случае просто застряла. Начальник департамента соглашается с одним условием – обязательное согласование проекта с Минобороны.
Для этого пришлось заручиться поддержкой главы Генштаба А.Квашнина и проводить у него совещание с участием начальника главного оперативного управления ГШ, начальника вооружений МО и главы научно-технического комитета министерства. И тут выяснилось: эти военные – против работ по модернизации «Тополя-М». Квашнин рисковал потрерять поддержку военного ведомства. Глава научно-технического комитета прямо заявил: «Министерству обороны эта работа не нужна!» И все-таки Квашнин завизировал проект постановления.
Собрав визы всех нужных ведомств на черновом бланке проекта посановления, Соломонов должен был пройти второй круг: собрать те же подписи – но уже на «беловике», так назыаемом «красном бланке». В СССР так делалось – и никогда не вызывало трудностей. Ведь текст-то уже согласован, просто набело переписан. В Советском Союзе повторные визы собирали чиновники среднего уровня. Но только не в РФ! Тут Соломонову пришлось ехать самому. И тут начальник Генштаба стал сомневаться – а ставить ли подпись?
«В голове настойчиво стучала одна и та же мысль: «Почему я должен заниматься не своим делом, противостоя фактически неработающей государственной машине»?» - пишет автор. Ему все-таки удалось уговорить Квашнина, но тяжелый осадок остался.
Из других источников я знаю, как Соломонов все эти годы пытался встретиться с первыми лицами для обсуждения проблем, которые нужно решать на высшем уровне, и как раз за разом терпел неудачу. Это казалось диким. Ведь и Сталин, и Хрущев, и Брежнев всегда принимали генеральных конструкторов в проектах такого уровня.
Но это была уже Эрэфия, а не Советский Союз. Вскоре после описываемых событий Минфин во главе с Кудриным начал откровенно срывать финансирование серийного производства новых «тополей»…

ФРАДКОВ ПОМОГ – НО НЕНАДОЛГО…
Воткинский завод – единственное в РФ предприятие по выпуску баллистических межконтинентальных ракет наземного базирования – не мог перейти на серийный выпуск «Тополя-М». Нужны были вложения государства. Не помогали даже визиты высокого государственного начальства на предприятие.
«В большинстве случаев внимание разного рода уровня руководителей при посещении предприятия носило непубличный, непоказной характер. По результатам всякий раз принимались конкретные решения, помогающие решать текущие вопросы. А их, к сожалению, становилось все больше и больше. Деградация оборонно-промышленного комплекса приобретала лавинообразный характер, что требовало постоянных усилий кооперации для обеспечения стабильного производства. Декларируемый в стране рынок так и не стал в сфере специального машиностроения нормой хозяйственного взаимодействия его участников…
В один из таких моментов, когда назревало острейшее противостояние промышленности и министра финансов по вопросу о ресурсном обеспечении подготовки серийного производства предприятий-разработчиков и изготовителей отечественного стратегического вооружения, состоялось очередное выездное заседание под руководством правительства. Вертикаль власти в очередной раз давала сбой. Прямое указание президента страны игнорировалось, с полным основанием можно было констатировать, что в структурах власти складывалась круговая порука безответственности…» - пишет Юрий Соломонов, касаясь событий 2007 года.
В то время премьер-министром был М.Фрадков (выведен в книге как Фрадкин, премьер в 2004-2007 гг.) Соломонов был приятно удивлен, когда на выездном заседании в Воткинске Фрадков выказал себя понимающим и деловитым начальником. Тогда автор «Ядерной вертикали» заявил: оборонное машиностроение работает на донельзя изношенном станочном парке. Подготовка серийного производства «Тополя-М» позволит хоть немного обновить оборудование. Есть поручение президента РФ. Но «два года министр финансов занимается откровенным саботажем, игнорируя под разными предлогами согласование Программы».
Речь, как вы понимаете, шла в очередной раз о незабвенном либерал-монератристе Алексее Кудрине. Который и в «поднимающейся с колен России» успешно продолжал дело Гайдара/Чубайса, при этом оставаясь неприкасаемым. И на «грозного Путина» Кудрину до сих пор наплевать.
А Соломонов, глядя в глаза Фрадкову, продолжал:
«Нельзя не упомянуть о процессе утраты уникальных технологий в производстве и прежде всего в материаловедении. Необходима комплексная государственная программа, обеспеченная финансированием.
Наконец, серьезнейший кадровый вопрос. Средний возраст работающих в оборонной промышленности неуклонно растет, перевалив за 50 лет. Решить задачу омоложения кадрового состава сами предприятия без государства не смогут… Задача сложнейшая, но не решив ее, рассчитывать на сохранение в ближайшие 10-15 лет оборонно-промышленного потенциала просто невозможно…»
Фрадков все понял. На его заседании (в отличие от ново-огаревского позорища у Путина в 2002-м) протокол велся. И тогда премьер Фрадков смог прервать двухлетний саботаж, пошел против Минфина – и через две недели подписал два постановления о подготовке серийного производства ракет. Он даже дал поручение готовить проект программы по сохранению и развитию материаловедения. А вот до проблемы омоложения кадров руки так и не дошли. В связи с началом выдвижения Медведева в президенты и полготовки пересадки Путина в премьеры Фрадкова сняли с должности главы правительства.
Стоит ли удивляться тому, друзья, что нынче русский ОПК разваливается все больше?


НАШЕСТВИЕ АНДРОИДОВ
Дальше жизнь Соломонова резко ухудшается. В РФ устанавливается власть серых исполнителей, слепо преданных Великому Пу. Андроидов. Ах, да, еще мебельщик Сердюков в феврале 2007-го уселся в кресло Минобороны РФ. Нынешний застрельщик перехода на закупки иностранной военной техники и вооружений.
Вместо Квашнина начальником Генштаба к тому времени был Юрий Балуевский (выеденный в «Ядерной вертикали» как генерал Балуев – начальник ГШ в 2004-2008 гг.) Соломонов рисует его как крайне безыинициативного начальника, руководствующегося принципом «Лучшее решение – не принимать никаких решений».
Впрочем, Балуевский стал НГШ еще до Сердюкова, при шефе Минобороны, филологе-«внешнеразведчике» Сергее Иванове (во главе МО – в 2001-2007 гг.). Соломонов пишет, что этот дружок Путина ничем не помог МИТу и вообще делу проектов «Тополь-М» и «Булава». Приведу сочную цитату из книги.
«Министр – человек крайне своеобразный. Умение держать дистанцию, тонкие черты лица, правильная литературная речь, сама манера поведения – все в нем говорило о том, что себя он преподносит как руководитель-интеллектуал. При этом сама должность создавала имидж масштабной личности.
Знание нескольких языков – неизменный атрибут профессиональной принадлежности в недалеком прошлом, только дополняло портрет высокого государственного чиновника новой формации. Настораживало в общении, пожалуй, одно – очень необычная мимика. Появляющаяся время от времени улыбка, приоткрывающая великолепные, пусть и искусственные, зубы, и призванная вызвать расположение собеседника, при внимательном рассмотрении оказывалась не такой уж доброжелательной. Повод к такому выводу давали глаза – холодные, колючие, живущие своей жизнью, будто предупреждающие: доверие – не наш метод взаимодействия.
Совещание, регламент которого был отработан до мелочей, шло своим чередом. Доклады, вопросы, ответы, комментарии, выдержанные в крайне сдержанной форме – все как всегда. Ознакомление с информацией, общее удовлетворение результатами, лучшее решение – никаких решений…»
«…Сложилась парадоксальная ситуация: исполнительная власть, должностной, да и святой обязанностью которой является создание условий для безусловного выполнения принимаемых ею же решений, превратилась в стороннего наблюдателя, доказывая недееспособность вертикали власти…»
Так, добавлю уже я, оборонку и додушили ничегонеделаньем. За путинскую восьмилетку… После восьмилетнего ельцинского погрома…
Спасли «Тополь-М» (по словам Ю.Соломонова) тогда не Генштаб и не Минобороны (они чуть ли не в открытую играли против), а усилия командования РВСН. Если бы не оно – плохо было бы.
Автор книги-ребуса описывает и других андроидов. Например, Бориса Грызлова (Приемова в книге) и Сергея Миронова. Но повторять их портреты бессмысленно: Соломонов ярко демонстирует их чисто декоративную роль в эрэфианской системе. На решения власти они влиять практически не могут.

ПРОИНСОРЕННЫЙ

Интереснее впечатления Соломонова от совещания по проблемам оборонки уже у Дмитрия Медведева.
«…В воздухе витало раздражение. Довольно резкое вступительное слово, очевидная нервозность поведения председательствующего, высказанное пожелание поскорее закончить обсуждение в целом очень важных вопросов свидетельствовали либо о его чрезмерной усталости, либо о том значении, которое придавалось встрече с руководством правительства, аппарата президента и директорами корпораций.
Выступающие мгновенно почувствовали этот настрой руководителя и без запинки, оперируя только им известными цифрами, отчитались о проделанной работе.
Юрий попытался было внести предложения с целью упорядочения работы комиссии, возглавляемой одним из вице-премьеров, но участники совещания не были настроены на какую-либо позитивную работу, что лишний раз демонстрировало эффективность функционирования системы…»
Таким образом, убожество с «проинсоренными» мозгами ни во что вникать не пожелал. А зачем? Ведь в 2009-м уже было решено: на черта нам своя оборонка? Эффективнее импортировать оружие.

СИСТЕМА ВПАДАЕТ В МАРАЗМ: КАДРОВЫЙ ХАОС
Автор «Ядерной вертикали» так же убийственно изображает то, как система РФ стала впадать в отчетливый маразм. Как наступила настоящая кадровая катастрофа после того, как в «нулевые» годы на смену сочветским менеджерам пошли расейские.
«Советская система воспитания кадров, безусловно, страдавшая протекционизмом, политизированностью, в ряде случаев плановостью и землячеством, применительно к оборонно-промышленному комплексу полностью отвечала своим задачам. При этом решающим правилом при назначении на ту или иную должность были профессиональные качества претендента. То же происходило и в военной среде…
В нарождающейся новой общественной формации современной России становление иерархической управленческой структуры происходило абсолютно хаотическим способом. Бесхребетный «ельцинизм», породивший хаос и анархию в стране, имевших катастрофические последствия для народного хозяйства, сменился военно-полицейскими методами укрепления власти, что на фоне происходивших событий казалось абсолютно логичным. Требовались не знающие люди, а послушные исполнители. Отсутствие критики принимаемых управленческих решений могло способствовать укреплению вертикали власти, и повышению при определенных условиях эффективности собственно процесса управления. Опасность же заключалась в самой психологии управленцев. Возникшее однажды ощущение непогрешимости невозможно изъять из серого вещества без хирургического вмешательства, а если такого не происходит, то все чаще и чаще в процессе подготовки и реализации принятых законов и постановлений возникают аномалии, частота которых в значительной степени определяется здоровьем экономики… В таких условиях принцип профессиональности в подборе кадров замещается назначением «удобных» людей, отчего преобладающей цветовой гаммой этих кадров с очень редкими инородными вкраплениями становятся пастельные серые тона…»
Соломонов описывает то, как Генштаб заполонили откровенные приспособленцы.
Все познается в сравнении – скажу избитую фразу. Читая «Ядерную вертикаль», Максим Калашников одновременно изучал еще один любопытный материал: интервью журналу «Эксперт», которое дал директор Всероссийского института авиационных материалов, академик РАН Евгений Каблов. Он тоже говорит о засилье серости в госаппарате Эрэфии.
«…Меня поражает та смелость, с которой некоторые люди идут на любые должности, не имея никакой подготовки для этого. Я иногда сталкиваюсь с чиновниками, отвечающими за научно-техническую политику, которым приходится объяснять то, что они должны знать, окончив вуз. Я уж не говорю о знании каких-то деталей. Вот это проблема. А нужны люди, которые понимают проблемы науки и техники, потому что пропустили их через себя. Поэтому меня привлекли слова президента США Обамы, сказавшего, что нужно предоставить технократам, научным работникам право влиять на принятие государственных решений…»
Знаете, как Каблов в 1970-е годы попал в элиту, будучи еще молодым исследователем?
«…После окончания Московского авиационного технологического института я был направлен в ВИАМ. Одновременно с дипломом я уже подготовил кандидатскую диссертацию по модифицированию силуминов, это сплавы алюминия с кремнием, и рассчитывал работать по этой тематике, но меня неожиданно решили направить в лабораторию жаропрочных сплавов. Объяснялось это тем, что в середине 70−х годов, когда стали выпускаться двигатели четвертого поколения, обнаружились проблемы усталостной прочности лопаток турбин. Двигатели работали только по 50–40 часов, а потом лопатки ломались. И тогда было принято решение способных молодых ребят направить работать по этой теме.
Меня поразило, что мне, молодому специалисту, поручают решение сложнейшей проблемы. После анализа уже проведенных работ и литературы я пришел к выводу, что для достижения необходимой надежности лопаток необходимо изменить технологию изготовления литейной формы, в поверхностный слой которой надо ввести модификатор, позволяющий измельчить зерно поверхности охлаждаемой лопатки. Мои расчеты и исследования показали, что на эту роль подходил алюминат кобальта, который должен был синтезироваться из исходных материалов, а затем наноситься на форму при ее изготовлении. Для этого пришлось самостоятельно разработать специальную технологию…
Мы изготовили лопатки по новой технологии и отдали их на испытания. Через две недели стало ясно, что у нас таких свойств никогда не было. Я до сих пор помню этот протокол испытания. Потом я уже визуально, глядя на форму, мог определить ее качество. Потому что если форма качественная, то на ее поверхности получалась так называемая берлинская глазурь, как гжель с майоликой. Но когда я с этими результатами пришел к своему начальнику лаборатории, он мне сказал: молодой человек, вы плохо знаете теорию, не может быть, чтобы при мелкозернистой структуре материала были получены такие характеристики надежности. Дело в том, что при высоких температурах разрушение материалов в результате диффузии основных легирующих элементов идет по границе зерна. Чем меньше зерно, тем больше протяженность границ. То есть наш результат противоречил общепринятой логике вещей.
Потребовались дополнительные исследования, которые показали, что новая технология изготовления форм позволила не только уменьшить размер зерен, но и улучшить качество их границ, что существенно уменьшило диффузионную проницаемость и подвижность этих границ.
Когда все вопросы были сняты, решили этот процесс внедрить в изделие 89, которое до этого не могло пройти государственные испытания из-за отказа двигателей.
— Это о каком самолете идет речь?
— Су-24. Меня пригласил академик Архип Михайлович Люлька, генеральный конструктор ОКБ «Сатурн», которое разрабатывало для него двигатель, выслушал — и я получаю на неделю в управление фактически полцеха литейного. Когда мы все сделали и прошли испытания, двигатель впервые получил стопроцентный ресурс работы. И министр подписал приказ о том, что все моторостроительные заводы должны внедрить мой метод при литье лопаток из сплавов ЖС6У и ВЖЛ 12У. И я поехал по всем моторостроительным заводам большой советской страны внедрять этот процесс, который и сегодня используется и работает…» (http://www.expert.ru/printissues/expert/2010/14/interview_pochemu_lopatki_razrushautsya_iznutri/)
То есть, в СССР в элиту шел отбор людей по деловым критериям. В данном случае – молодых инноваторов. По каким критериям отбирают кадры в Эрэфии – все знают. Вот поэтому СССР шел вперед, а РФ – катится назад. И правят нами серые кретины, спесивые до чертиков, непоколебимо уверенные в своей непогрешимости. При Путине произошло массовое изгнание из структур управления технократов русско-советской закалки, их заменили на тупых быдлокатов-андроидов бело-сине-красных времен.
А потому оборонную промышленность при них ждет лишь одно – смерть.

НЕИЗБЕЖНОСТЬ БЕДЫ
«Необоснованное, абсолютно надуманное реформирование системы государственного управления (путинская реформа правительства 2004 г. – прим. М.К.) применительно к оборонно-промышленному комплексу создавало атмосферу безответственности за состояние его здоровья и, как следствие, продолжающуюся, порой уже необратимую, деградацию.
Благодаря неимоверным усилиям и поддержке чудом уцелевших профессионалов-управленцев в аппарате Белого дома, выдерживавших беспрецедентное давление со стороны амбициозной, некомпетентной административной верхушки, удавалось удерживать огромный корабль кооперации разработчиков и изготовителей стратегического вооружения на плаву. Казалось очевидным, что естественной опорой в этой сложнейшей ситуации должно бы стать Минобороны. Однако этого не происходило. Более того, обремененное собственными проблемами реформирования, вовлеченное в перераспределение собственности и поставившее себе целью через имущественные процессы более активно влиять на промышленность, руководство ведомства выплескивало вместе с водой и ребенка. Не понимая из-за отсутствия какого-либо опыта реальных механизмов функционирования оборонки, действуя авторитарными методами, не брезгуя использованием инструментов закулисья, эксплуатируя доверие руководства страны, оно в конечном счете противопоставляло себя интересам государства…»
«…Огромный запас прочности советской промышленности позволил продержаться на плаву этому без преувеличения самому развитому сектору экономики, но к концу столетия стало очевидным: требуется кардинальное вмешательство государства, без которого дальнейшее движение вперед стало невозможно…
Сложность, многоплановость противоречий, затушевываемых «ручными» СМИ, многократно усугубляемых финансово-экономической политикой власти, не верящей в интенсивный путь развития страны и сделавшей ставку на ее финансово-промышленнное процветание, делали свое дело: безвозвратно исчезали с таким трудом освоенные высокие технологии, все менее востребованными оказывались высокопрофессиональные кадры, приобретало реальные контуры отсутствие мотивации труда в оборонной промышленности, который все больше превращался в обязанность, а не творческую потребность.
Сказанное осложнялось зудом бесконечных реформ в структурах военно-промышленного комплекса, смысл которых в силу их закрытости и непоследовательности понять самим участникам процесса реформирования было просто невозможно…»

ВЕРТИКАЛЬ ДЕГЕНЕРАЦИИ
«Непродуманные, поверхностные управленческие решения, всякий раз изменяя форму, не затрагивали содержательную часть реформирования, приводили к ожидаемым результатам… Демонстрируя на современном этапе своего развития явные признаки системного нездоровья из-за утраты очевидной связи между реальной экономикой и ее финансами, эти (капиталистические) отношения значительно ускоряли процесс деградации оборонной промышленности…»
«Провозглашенная кампания по созданию вертикально интегрированных структур – холдингов, участники которых объединялись по принципу цеховой принадлежности, набирала обороты. Невольная аналогия с плачевным опытом создания совнархозов в 50-е годы прошлого столетия не настраивала на оптимистический лад…»
Казалось бы, нужно создать холдинг из всех предприятий, входящих в один производственный комплекс МИТа. Холдинг по производству единственного межконтинентального наземного комплекса РФ – «Тополя». Но Минобороны – против предложений института. У Анатолия Сердюкова – свои планы. Он единственный из всех ведомств не согласен. И он обращается поверх головы премьера Путина прямо Медведеву со своим проектом указа.
«Вот и сейчас новоявленный Демиург – руководитель оборонного ведомства, занимая должность безусловно знаковую в иерархии власти, но являясь все-таки членом кабинета, не согласился с мнением правительства и обратился через его голову к президенту страны. Случай беспрецедентный в истории управления государством.
Сложившаяся патовая ситуация, независимо от ее исхода, свидетельствовала об одном: власть находится в системном кризисе, основу которого наряду с объективными трудностями становления новой России составляет процесс расстановки кадров, которые, как известно, решают все…»
Так академик Соломонов описывает обстановку, сложившуюся вокруг ОПК РФ в конце второго путинского срока, в первой половине медведецарства и в начале сердюковщины.
Кто сказал, что у нас – чекистская опричнина и диктатура? У нс – бардак. Ни одна диктатура не допустит того, что творится в РФ. Это – кризис самой власти, смердящий финал антисоветско-антирусского проекта.
Поистине, прав был один умный оборонщик, сказавший: «Максим, наши конструкторы – это игроки мирового класса, перед которыми американцы с уважением шляпу снимают. А нынешние правители – мразь, бездари, серый сброд. Они просто подсознательно ненавидят конструкторов. Отсюда и все беды проистекают. Это зависть, Максим, обычная зависть посредственности по отношению к таланту».
Так была успешно построена новая Страна Дураков, в коей оборонно-научно-промышленному комплексу просто нет места. Он обречен на исчезновение. А Элита Дураков надеется купить все за рубежом.

ПОСЛЕСЛОВИЕ: ЧАС ПРОБИЛ!
Работники оборонного комплекса РФ!
Если вы еще не разучились думать, вступайте в ряды оппозиции. Ибо ваша промышленность – кандидат на умерщвление. Как и вы сами. Надо быть полным кретином, чтобы ждать от этой власти чего-то хорошего и разумного.
Мы, оппозиция этой Дегенерат-системе, этой быдлократии, спасем ОПК. Вот наши предложения по тому, что необходимо делать в стратегическом ракетостроении - http://forum-msk.org/material/power/1726543.html
Все, товарищи, маски сброшены и час пробил. Система повернулась к ОПК РФ своей отвратительной харей – мордой трупоеда, мародера и разрушителя. Только в борьбе мы сможем отстоять свои жизни и Будущее…

М. Калашников


Просмотров: 1880
Рейтинг: 0.0/0
Добавлено: 12.05.2010
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]