03:00

Методологические аспекты инновационного развития России

Клуб Инновационного Развития
Института философии РАН
Методологические аспекты
инновационного развития России
Проектно-аналитическая записка
по итогам работы КИР за 2009 год
Ответственный редактор В.Е.Лепский
В Проектно-аналитической записке представлена обобщенная позиция КИР по итогам работы за период с декабря 2008 г. по декабрь 2009 г. Проведено более 15 заседаний клуба по тематике четырех направлений инновационного развития. В работе КИР приняли участие несколько сотен отечественных высококвалифицированных специалистов, представителей междисциплинарного сообщества, и около сотни молодых исследователей (студенты старшекурсники московских вузов и аспиранты РАН). В апреле 2009 г. КИР награжден Дипломом X Международного форума «Высокие технологии XXI века». В июне 2009 г. для ознакомления с результатами работы молодежного (аспирантского) проекта КИР было организовано выездное заседание в ИФ РАН Экспертного совета по внешнеполитической деятельности Совета Федерации РФ. Работа молодежной команды КИР под руководством В.Е. Лепского получила высокую оценку экспертов и членов Совета Федерации РФ. КИР был организатором дня (9 декабря в ИФ РАН) методологических проблем российского развития на IX Глобальном стратегическом форуме (московская сессия). Тема «Глобальный ландшафт: стратегии после кризиса». 17-19 декабря на 10 МНК "Россия: ключевые проблемы и решения" (устроитель ИНИОН РАН) КИР был организатором заседания секции по методологическим проблемам инновационного развития.
СОДЕРЖАНИЕ
1. ОБЩИЕ ПРОБЛЕМЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ В РОССИИ
1.1. Обобщенная оценка состояния инновационного развития России.
1.2. Анализ состояния и направления развития методологии инновационного развития в России.
2. ПРОБЛЕМЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ОБЛАСТЕЙ НАУКИ И ТЕХНОЛОГИИ В РОССИИ
2.1. Методологические аспекты развития математики в России.
2.2. Методологические аспекты развития биотехнологий в России.
2.3. Методологические аспекты развития нанотехнологий в России
3. ПЕРСПЕКТИВЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ В РОССИИ
3.1. Шанс России стать лидером инновационного развития - прорыв в седьмой социогуманитарный технологический уклад
3.2. Исходная идея варианта российского стратегического проекта XXI века (седьмого технологического уклада)
Авторы проектно-аналитической записки
Лепский В.Е. - президент КИР, главный научный сотрудник Института философии РАН, д.психол.н.
Аршинов В.И. – вице-президент КИР, заведующий отделом «Философии науки и техники» Института философии РАН, д.ф.н.
Василов Р.Г. - вице-президент КИР, президент Общества биотехнологов России им. Ю.А.Овчинникова, д.б.н.
Васюков В.Л. – вице-президент КИР, заведующий кафедрой «Истории и философии науки» Института философии РАН, д.ф.н.
Кортунов С.В. – вице-президент КИР, заведующий кафедрой «Мировой политики» Государственного университета - Высшая школа экономики, д.полит.н.
Малинецкий Г.Г. – вице-президент КИР, заместитель директора по научной работе Института прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН, д.ф.-м.н.
Провинцев П.М. – вице-президент КИР, директор Российского фонда развития высоких технологий
Моисеев В.И. – научный координатор частного проекта КИР, заведующий кафедрой «Философии» Московского государственного медико-стоматологического института, д.ф.н.
Хаханян В.Х. – научный координатор частного проекта КИР, профессор Института философии РАН, д.ф.н.
1. ОБЩИЕ ПРОБЛЕМЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ В РОССИИ
1.1. Обобщенная оценка состояния инновационного развития России.
Несмотря на последовательные и убедительные призывы руководства страны к переходу на инновационный курс развития, Россия продолжает далеко отставать от развитых стран, более того этот разрыв увеличивается. По данным Всемирного банка по суммарному показателю конкурентоспособности экономики (380 показателей, включая уровень развития НИОКР) Россия занимала в 1994 году место в четвертой десятке из 180 стран мира. За десять с небольшим лет наша страна переместилась во вторую сотню. В СССР в 1991 году было подано 190 тысяч заявок на изобретения. В настоящее время эта цифра сократилась до 22 тысяч. По данным Центра исследований и статистики науки (ЦИСН) только 5-6% российских промышленных предприятий ведут разработку и внедрение технологических инноваций. В конце 80-х годов таких предприятий было 60-70%. Инновационная продукция в России сегодня не набирает и 1%, этот же показатель в Финляндии – более 30%, в Италии, Португалии, Испании – от 10% до 20%. Доля России в мировом объеме торговли гражданской наукоемкой продукцией уже в течение ряда лет не превышает 0,3 – 0,5 %. Для сравнения: доля США – 36 %, Японии – 30 %, Германии – 17 %, Китая – 6 %.
Продолжает устаревать производственная база ключевых отраслей, износ основных фондов порой превышает 70%. Наиболее прибыльные, по идее, высокотехнологичные сегменты национального хозяйства представляют собой по большей части рудименты советской эпохи. Не решены самые очевидные проблемы — от модернизации отечественной энергосистемы до создания приемлемой модели гражданского лайнера для рынка авиаперевозок. Катастрофическая ситуация складывается в ВПК, отставание по разработке современных видов вооружений увеличивается, а то что разработано не всегда поступает в первую очередь в свою армию. Велико отставание и в других, критически важных с точки зрения НТР областях - информационных технологиях, биотехнологиях, производстве новых материалов и др.
Нынешняя ситуация в отечественной науке создает угрозу национальной безопасности России. У ведущих стран Запада расходы на НИОКР составляют 2–3% ВВП, в том числе у США – 2,7%, а у таких стран, как Япония, Швеция, Израиль, достигает 3,5–4,5% ВВП. У России этот показатель составляет примерно 1% ВВП. В последние годы заметно понизился потенциал прикладной науки, развитие которой и определяет новые источники развития экономики. Уменьшилось влияние науки на общество в целом и на образование в частности. Тиражи научно-популярных изданий снизились в сотни раз. В большой степени растрачен кадровый потенциал, возник острый дефицит молодежи в науке. Наука оказалась не востребована. Общество не использует её результатов, не понимает её смысла и значения. В сложном положении оказалась Российская академия наук, не имеющая стратегических ориентиров, берущаяся за несвойственные ей функции (инновационная деятельность и коммерциализация фундаментальной науки в отрыве от науки прикладной и опытно-конструкторских разработок). Сегодня бюджет одного хорошего западного университета равен бюджету всей РАН. Правительственные прогнозы социально-экономического развития страны не дают оснований для оптимизма. Численность занятых в научном секторе планируется к сокращению с 788,5 тыс.чел. (2007 год) до 754,1 тыс.чел. в 2010 году. Продолжение деградации научного потенциала страны привело к тому, что Россия остается единственной крупной страной в мире с сокращающейся численностью ученых. Сложившаяся ситуация – это результат применения в России неолиберальных экономических концепций, согласно которым любое государственное вмешательство в экономику ведет к негативным последствиям. Такая вера в «невидимую руку рынка» затронула и государственную политику в научной сфере. Фактически научной политики в России нет.
Состояние системы образования явно не соответствует требованиям перевода страны на инновационный курс развития. В системе школьного образовании навязывание ЕГЭ может привести к падению креативного потенциала страны. По оценке Д.А.Медведева: "За последние годы у нас полностью разрушена система начального и среднего технического образования" . Не лучше обстоят дела и в сфере подготовки специалистов с высшим образованием. Качество подготовки в большинстве ВУЗов России не соответствует требованиям инновационной экономики. В последнее время наметились определенные позитивные сдвиги в области образования. Безусловно, компьютеризация школ, создание исследовательских и национальных университетов, увеличение финансирования высшего образования, повышение ставок учителям, внимание к дошкольным учреждениям и т.д. плодотворно скажутся на всей системе образования. Однако в этих шагах не просматривается системный подход к обеспечению инновационного пути развития страны.
Таким образом, наблюдается очевидный регресс, а не инновационное развитие России. Фактически осуществлена деиндустриализация страны! Все более многочисленными и тяжелыми становятся техногенные катастрофы. Национальная инновационная система (НИС) существует только на бумагах чиновников.
В 2008 году впервые за все постсоветские годы государство решилось взять стратегическую инициативу российского развития в свои руки. Вплоть до последнего времени эта инициатива находилась в руках международных финансовых организаций, экспортеров сырья, транснациональных корпораций, естественных и неестественных монополий, а также организованной преступности. Каждый из этих субъектов навязывал стране свою стратегию, а их комбинация породила порочные круги ловушек, в которых оказалась стремительно деградирующая российская экономика. Развитие последних лет шло по инерции этих стратегий, а относительно благополучные макроэкономические показатели достигались не столько благодаря, сколько вопреки политике государства, которая до позапрошлого года характеризовалась безыдейностью и безынициативностью, следовала псевдолиберальным рецептам международных финансовых организаций.
Однако, разработанная Министерством экономического развития /МЭР/ Концепция долгосрочного развития Страны до 2020 года также не дает оснований для оптимизма:
Во-первых, в этой Концепции отсутствует обстоятельный ответ на важнейший вопрос: «Кто будет субъектом инновационного развития?», в том числе вопрос о роли госаппарата в осуществлении инновационного развития страны. Нет ответа на вопрос о том, каким образом преодолеть кадровые проблемы госаппарата. Остается повисшей в пустоте оценка госаппарата В.В.Путиным в феврале 2008 г. - «сегодняшний госаппарат является в значительной степени забюрократизированной, коррумпированной системой, не мотивированной на позитивные изменения, а тем более на динамичное развитие».
Во-вторых, откладывается на конец прогнозного периода макроэкономический эффект инновационного развития; это означает, что правительство исходит не из прорыва на инновационный путь развития, а из преобладания инерционной составляющей. Между тем повышать расходы на НИОКР до уровня развитых стран нужно именно сейчас – пока еще сохраняется возможность реанимации значительной части научно-технического потенциала страны.
В-третьих, как это ни парадоксально, в ближайшие три года планируется сохранить двукратное по сравнению с общемировыми стандартами, недофинансирование уровня расходов на образование, науку и здравоохранение, в которых именно сейчас критически важно провести модернизацию и кардинально поднять зарплату. Откладывание этих мер еще на несколько лет приведет к углублению необратимых тенденций деградации отечественной науки и образования и тем самым сделает реализацию инновационного сценария в принципе невозможной. Разрыв между уходящим и подрастающим поколениями ученых и педагогов как по количеству, так и по качеству кадров через три года может стать непреодолимым.
В-четвертых, правительство продолжает идти на поводу монополистов в энергетике, планируя дальнейший опережающий рост тарифов на газ и электроэнергию.
В-пятых, в Концепции не планируется устранение налоговых барьеров, мешающих переходу на инновационный путь развития.
Можно привести и еще целый ряд аргументов того, что в этой Концепции явно просматривается доминирующая роль сторонников инерционного и энерго-сырьевого сценариев при пассивной роли сторонников инновационного сценария, поддержка которого ограничивается призывами и лозунгами, в то время как налицо поддержка инерционного и энерго-сырьевого сценариев конкретными решениями, тормозящими переход на инновационный путь развития.
Итоговая оценка. Из великой инновационной державы второй половины XX века Россия перешла в начале XXI века во вторую сотню стран мира и тенденция отставания только нарастает.
1.2. Анализ состояния и направления развития методологии инновационного развития в России.
Концепция инновационного развития и, в частности создания национальной инновационной системы /НИС/, является предметом большого числа дискуссий и дебатов в научной литературе. При этом преобладает мнение, согласно которому ведущим механизмом проектирования и оценки национальных или отраслевых инновационных систем может служить функциональный подход. Функциональный подход дает возможность обобщенно ответить на вопрос: «Что следует делать для организации инновационного развития?» и это крайне важно. Однако он не дает ответа на вопросы: «Кто, зачем и для чего будет осуществлять инновационное развитие?», «Кто является субъектом инновационного развития?», «Кто, как и зачем будут кооперироваться в интегральные субъекты?», «Какие механизмы идентификации позволят формировать целостные субъекты инновационного развития?», «Кто и как будет создавать пространства коммуникации и доверия?», «Кто и как будет оценивать социальные последствия инноваций?» и др. Но не имея ясных ответов на эти вопросы нельзя создать эффективную НИС учитывающую специфику российской цивилизации, современное состояние российской и мировой экономики, а также международные отношения. Для ответа на эти вопросы необходимы наряду с функциональным и другие подходы.
Сегодня в инновационном развитии ведущую роль традиционно играет линейная модель инноваций. Согласно этой модели разработанная фундаментальная научная идея воплощается в прикладных исследованиях. Последние служат основой инноваций, в результате реализации которых возникают передовые технологии. Модель хорошо себя зарекомендовала в XX веке и будет по-прежнему занимать свое достойное место в развитых странах и в XXI веке, однако в России каркас этой модели «фундаментальная наука – НИОКР – производство» оказался разрушенным.
В дополнение к линейной модели в развитых странах постепенно внедряется «модель множественных источников инноваций», в соответствии с которой инновации могут возникать в любой части инновационной системы. Хотя научные исследования остаются важной движущей силой инноваций, они уже не являются их единственным двигателем. В этой связи необходимо пересмотреть традиционную роль научно-исследовательских организаций. Новые знания создаются не только в государственных исследовательских организациях или в исследовательских подразделениях компаний, но и во многих социальных структурах. Важным вкладом в инновационный процесс служит новый повседневный опыт и деятельность инженеров, торговых агентов, прочих наемных работников, равно как и потребителей. Появление нововведений на основе идей и предложений, поступающих из сферы производства, сбыта и потребления, характерно для систем с развитыми взаимосвязями между экономическими агентами. Более того, инновационный процесс не ограничивается только сферой технологии, но и включает институциональные, организационные и управленческие инновации. Эти знания практически не могут быть встроены в имеющиеся традиционные концепции, порой просто не вписываясь в их рамки; они представляют собой нематериальные активы субъектов, занятых в конкретной отрасли; компании должны пытаться использовать данные знания с максимальной эффективностью. Модель множественных источников инноваций ориентирована на механизм развития с максимальным учетом разнообразия элементов и создания условий их творческого взаимодействия.
Анализ двух базовых моделей инноваций позволяет сделать вывод, что в центре внимания остается проблема поиска оптимального сочетания нормативного и субъектного подходов. При решении этой проблемы имеет место в большинстве случаев неосознаваемый конфликт двух парадигм: «поддержки инноваций и поддержки конкретных субъектов инновационной деятельности».
Важно отметить, что эти подходы (парадигмы) не следует рассматривать как альтернативные, они должны дополнять друг друга. Это возможно при расширении «пространства проблематизации» и перехода к парадигме, включающей в себя оба упомянутые выше подхода как частные стратегии решения отдельных задач. На наш взгляд, это можно сделать в рамках субъектно-ориентированного подхода. Одной из его принципиальных особенностей должна стать смена объектов исследования, проектирования и управления, которыми становятся как системы деятельности в целом, так и их субъекты, активно участвующие в развитии своей деятельности.
Самый трудный и драматический вопрос — вопрос о субъектах инновационного развития, готовых определять образ будущего, взять на себя бремя и ответственность за осуществление намечаемых целей и задач. Имеется в виду наличие и реальное состояние тех общественных и политических субъектов (или претендентов на статус таковых), которые не только выражают желание, но и обладают волей, чтобы осуществить проект на практике.
Надо лечить главную болезнь России – бессубъектность. Эта болезнь поразила в той или иной степени всех основных участников модернизационного процесса (государство, общественные и политические сообщества, социальные институты). Главные ее симптомы: блокировка рефлексии; неспособность адекватно воспринять и оценить сложившуюся ситуацию, подняться над нею, самоопределиться и самоидентифицироваться; отсутствие смелых, хорошо обдуманных «прорывных» идей и готовности, умело взаимодействуя с другими субъектами, их реализовать. Указанные симптомы «грубо и зримо» проглядывают в образе мышления и действий всех основных субъектов современной России, в том числе и власти, что достаточно точно фиксируется аналитиками.
Приходится констатировать, что после исчезновения КПСС и закономерного разрушения хоть как-то работавших механизмов принятия и реализации государственных решений, новых действенных механизмов управления страной, сложным общественным хозяйством создано не было. Способна ли создаваемая «вертикаль власти» решить эту проблему: разработать стратегию инновационного развития, обеспечивающую достойную жизнь населению и могущество государства Российского? В состоянии ли она мобилизовать общество на ее реализацию? К сожалению, ответ на эти вопросы пока отрицательный.
Создаваемая «вертикаль власти» задумывалась для решения тактических задач и к настоящему времени не доказала, что она способна решать стратегические проблемы. Она в значительной своей части – не вертикаль власти, а горизонталь преклонения перед «силой» денег. И пока этот культ не будет преодолен, «горизонталь власти» будет действовать в его интересах.
Цель коррумпированных чиновников – стабилизировать нынешнее состояние, не дать выйти стране из того тупика, в который она зашла. Инновации не просто не нужны, а вредны и опасны для этого «класса». Высокие технологии, необходимые для инновационного развития России, невозможно внедрить без смены подобной элиты.
Развитие нуждается в ресурсах, а в условиях развала обрабатывающей промышленности эти ресурсы придётся брать в добывающем секторе, перераспределять гигантские финансовые потоки. Интересы ориентированных на экспорт сырьевых производителей и их обслуживающих структур самым тесным образом связаны с другими центрами силы – американским, китайским, исламским или европейским. Они обслуживают и поддерживают иные цивилизационные проекты в отсутствие собственного, российского проекта развития.
«Вертикаль власти» только кажется управляемой по вертикали. Это иллюзии: высокая управляемость при высоком уровне коррупции бюрократического аппарата невозможна в принципе, ибо в этом случае «горизонтальные» финансовые интересы отдельных групп и ведомств доминируют над интересами государства и общества. То же самое распространяется и на координацию по горизонтали, что можно видеть на примере никак не желающей выйти из «тени» экономики.
Консолидация усилий государства и общества является ключевой проблемой для организации российского развития. Решением данной проблемы может стать создание стратегической системы инновационной поддержки управления и развития РФ, включающей в себя как государственные, так и негосударственные структуры. Со стороны государства в роли элемента этой системы может выступить специально созданное ведомство стратегического развития с полномочиями более высокими, чем у министерств, с возможностями отдельного дополнительного бюджетного финансирования, как целых комплексов, так и отобранных стратегических проектов. Со стороны общества – специально организованные структуры и фонды (в том числе и новые политические ), ориентированные на проблемы инновационного развития. Эта стратегическая система инновационной поддержки управления и развития РФ, по своей природе и назначению должна не дублировать, а дополнять и обогащать деятельность исполнительной власти. Одновременно эта система должна быть средоточием консолидации усилий государства и общества, мобилизации интеллектуального и духовного потенциалов страны, подготовки стратегического кадрового резерва. Руководство стратегической системой инновационной поддержки управления и развития РФ должно быть возложено непосредственно на Президента РФ. Только при этом условии возможен успех, а Президент получит в свое распоряжение качественно новый стратегический ресурс.
При этом необходимо дальнейшее развитие парадигмы национальной безопасности, Концепция безопасности должна быть стратегически ориентирована в первую очередь на обеспечение способности к динамичному развитию. Главная угроза в XXI веке - «застояться» на месте. Обеспечение национальной безопасности – это обеспечение способности граждан, общества и государства к совместному социальному воспроизводству и развитию в условиях динамично изменяющейся среды, а также защищенность стратегических национальных проектов.
Такой подход позволит на деле реализовать реальное встраивание общественных механизмов в государственное управление и использование их инновационного потенциала, а не создание бутафорских общественных пристроек и карманных технократических сообществ.
Проблема крайне сложная, ибо неизбежен конфликт двух вертикалей, преодолеть который и направить его энергию на развитие страны сможет только структура, обладающая необходимой информационно-аналитической и прогнозной поддержкой и полномочиями. Вместе с тем следует отметить, что для решения этой проблемы есть определенный задел в виде идей и социальных технологий, начались процессы формирования новой инновационной элиты. Без решения этой проблемы не удастся преодолеть чудовищную коррупцию в РФ и повернуть страну на курс инновационного развития.
Итоговая оценка. Главным препятствием для инновационного развития страны является бессубъектность, отсутствие субъекта инновационного развития, осознающего свои цели, интересы, стратегию и тактику, обладающего необходимой политической волей и способного добиваться решения поставленных задач. Первые и важные шаги для появления такого стратегического субъекта – это не только формулировка образа будущего, национальных интересов и большого проекта для России, но и проекта формирования и воспитания субъекта, инновационной элиты, способной сделать реальным именно этот образ будущего. Это вызов для научного и экспертного сообщества страны, для элит, для всех ответственных политических сил страны.

2. ПРОБЛЕМЫ ИННОВАЦИОННОГО РАЗВИТИЯ ОТДЕЛЬНЫХ ОБЛАСТЕЙ НАУКИ И ТЕХНОЛОГИИ В РОССИИ
2.1. Методологические аспекты развития математики в России.
С середины тридцатых годов прошлого века отечественная математическая школа занимала лидирующее положение в мире. Но математика становилась все более единой – мировой и, как следствие, понятие национальной школы во многом стало утрачивать свой смысл. Позитивным моментом подобной ситуации, сложившейся к настоящему времени, стало непосредственное участие российских математиков в создании ведущих направлений современной мировой математики (что отразилось в признании их заслуг и присвоении соответствующих международных математических премий). Негативной же стороной стало разрушение существовавших отечественных школ и возникновение разрыва между поколениями математиков (в частности, отсутствие преемственности в исследованиях и упадок существовавших исследовательских программ).
Что касается исследовательских программ в области математики, то наиболее крупные из них были раньше привязаны к главным исследовательским общенаучным программам страны, которые и являлись локомотивами развития российской математики. К таким программам в первую очередь следует отнести: совершенствование атомной и водородных бомб, обеспечение космических полетов, разработка систем управления сложными объектами. Сегодня в России отсутствуют общенаучные национальные программы, которые могли бы стать локомотивами развития отечественных математических школ. Если ситуация радикально не изменится и призывы руководства страны интенсифицировать исследования и разработки VI технологического уклада не приведут к созданию реальных национальных программ, то о лучших в мире отечественных математических школах останутся одни воспоминания.
Несмотря на отсутствие масштабных исследовательских программ отечественная математика, тем не менее, развивается. Это происходит, во-первых, за счет исследований, ориентированные на решение внутренних проблем математики, инициируемых самими математиками. Основополагающие интуиционистские и конструктивные построения теории множеств, арифметики, анализа, и т.д., позднее сменились подобными же построениями, основанными на релевантной, паранепротиворечивой, модальной и других неклассических логиках.
Во-вторых, это происходит за счет исследования междисциплинарных проблем, в которых оказываются полезными математические модели (теория катастроф, теория самоорганизации, теории клеточных автоматов, теория управления рисками, нейронаука (биовычисления), математическая история и др.).
Наконец, в-третьих, это происходит за счет исследований направленных на совершенствование деятельности самих математиков. В то же время возникло стремление воспользоваться могучими ресурсами компьютеров для получения результатов, невозможных в силу конечности и ограниченности самих математиков как живых существ. Современные системы автоматического доказательства теорем уже способны найти достаточно сложные доказательства, раньше казавшиеся принципиально недоступными искусственному интеллекту. Перспектива исследований здесь ясна, однако требуют пристального внимания возникающие здесь философские и технологические проблемы, связанные с верификацией полученных доказательств (ввиду ограниченности человеческого ресурса и способностей).
В настоящее время начала формироваться научная программа, получившая название «неклассической математики», в реализации которой принимают участие и отечественные специалисты. Ее перспективы тесно связаны с развитием современной технологии. Так, в случае с квантовой математикой (т.е. основанной на квантовой логике) потребность в ее развитии возникает как в связи с квантовыми компьютерами (ввиду использования квантовологического формализма для представления параллельных квантовых вычислений), так и в связи с развитием нанотехнологий (последние тоже имеют дело с квантовым миром, но для них важна связь с макроуровневым конструированием, а это вынуждает использовать нестандартный формализм, позволяющий включить в свое описание их взаимодействие).
Итоговая оценка. Современное состояние математических исследований в России трудно признать удовлетворительным. Ситуация с научными кадрами в математике такая же как и в отечественной науке в целом: средний возраст за 50 лет, молодежь либо уходит в другие сферы деятельности, теряя квалификацию математиков, либо уезжает за границу. Перед российской математикой, в первую очередь стоит задача восстановления лидирующего положения в мире и одновременно задача восстановления или создания математических школ, возглавляемых российскими математиками, к которым могли бы присоединиться зарубежные исследователи, а не наоборот. Решить эту задачу возможно только при условии формирования крупномасштабных национальных научных программ, которые станут локомотивом развития отечественной математики. Но эти программы должны быть ориентированы, в частности, и на неклассическую математику, поскольку именно этот раздел современной математики находятся в самом начале пути, и позволяет надеяться на получение результатов, необходимых современным инновационным технологиям.
2.2. Методологические аспекты развития биотехнологий в России.
Всплеск современной биотехнологии приходится на последние 30 лет. В современной биотехнологии выделяют три этапа. Первая волна – 70-е годы – это появление генной инженерии и первых генно-инженерных препаратов: рекомбинатные белки, инсулин, интерферон. Это волна обозначается как красная биотехнология – генная инженерия. Затем, в 90-е годы возникает так называемая зеленая биотехнология, зеленая волна – это трансгенные растения, ГМО, революция в сельском хозяйстве, создание промышленной агробиотехнологии. Наконец, с 2000 года началась третья волна биотехнологической революции. Это белая биотехнология - создание с помощью биотехнологии возможности переработки любой биоресурсной базы и перевод химической промышленности и энергетики на биооснову. В этом развитии биотехнологии очень тесно связаны с другими направлениями – информатикой, геномикой, нанотехнологией. Один из мощнейших инструментов современной биотехнологии – так называемые постгеномные технологии, которые появились после полной расшифровки генома человека в 2000 году. На наших глазах происходит переход от того, что называлось генной инженерии 70-х годов, к геномной инженерии, то есть к возможности полной модификации и манипулирования геномом и созданию принципиально новых организмов, которые будут отличаться совершенно новыми полезными свойствами.
Такое повсеместное внедрение биотехнологий привело к появление такого понятия, как биоэкономика. Фактически биотехнология внедряется во все реальные секторы экономики, которые связаны с производством и переработкой биоресурсов. Если традиционная биоэкономика связана с производством и переработкой биоресурсов, то когда к этому добавляются современные биотехнологии, получается инновационная биоэкономика. Основные ее движущие силы – потребности в сырье, экологические проблемы, необходимость развития депрессивных регионов во всем мире, сельских регионов, обеспечение труда/занятости, обеспечение конкурентоспособности и появление принципиально новых возможностей связанных с созданием принципиально новых организмов. Биоэкономика предопределяет устойчивое развитие экономики общества. Она открывает новые возможности и ставит много новых сложнейших «горячих проблем» перед обществом.
Каково реальное положение развития биотехнологий в России? Если в 80-е годы, когда современная биотехнология только развивалась, у нас была мощнейшая биоиндустрия, в 90-е годы страна утратила биоиндустрию. Самую мощную, современную, крупнотоннажную. Если раньше наша доля составляла от 5 до 8% мировой биотехнологической продукции, то к 2000 году – 0,2%. И хотя некоторый рост все же наблюдается, налицо все увеличивающее отставание от мировой биоиндустрии.
Российский биотехнологический рынок сегодня – от полутора до двух с половиной миллиардов долларов. Самый крупный сегмент – биофармацевтика (80% за счет импорта). Современная биоиндустрия практически отсутствует. Для развития биоиндустрии необходимо несколько факторов, которые в принципе имеются в нашей стране, но на практике используются очень слабо. Например, первый из них – биоресурсная база. У нас, как известно, самые большие пахотные площади, четверть мировых ресурсов леса, пресная вода, энергетика, квалифицированные кадры.
Три года назад в Обществе биотехнологов России был разработан документ «Национальная программа развития биотехнологий в РФ до 2015 года», в котором были обозначены все ключевые направления. Но эта программа разработана лишь на общественных началах. Возникает вопрос почему, мягко выражаясь, недостаточна активность государства в сфере биотехнологий? Важность этого вопроса резко усиливается, если обратить внимание на то, что из 34 официально утвержденных руководством страны критических технологий 16 имеют прямое или косвенное отношение к биотехнологии. Но при всем этом ответа на поставленный вопрос нет!
Для интенсивного развития биотехнологии в России необходима консолидация государства, общества и бизнеса. Во всем мире биотехнологии – это малый и средний бизнес, основные же движители – это крупный бизнес. Во всех сегментах в мировой элите есть российский крупный бизнес, но вот в биотехнологии и фармацевтике в нашей стране его нет вообще. Если этого присутствия не будет наблюдаться и в дальнейшем, то этот сегмент не будет развиваться вообще. Государство должно оказывать поддержку отечественному производителю, включая разумный протекционизм, оптимизацию системы контроля и регулирования, поддержку фундаментальных исследований и образования. Общество, пожалуй, здесь самый главный элемент. Требуется готовность принять и использовать наиболее передовые достижения биотехнологии, поддержка правильной информированности, достоверных фактов и знаний в современных биотехнологиях.
Как и в других сферах высоких технологий в биотехнологии остро стоит проблема локомотива развития. Один из основных прорывных проектов в области биотехнологий – проект биоэкополиса. Биотехнологии вкупе с другими инновационными направлениями – информационно-коммуникационными технологиями, энергетикой, принципиально новыми решениями в градостроительстве, - могут заложить основы принципиально новой цивилизации, в основе которой будет лежать «умное» обустройство территории, создание принципиально новых поселений, в которых решаются на основе гармонии с природой вопросы энергетики, социальные проблемы и т. д. Это движение набирает обороты во всем мире. При этом ставится во главу угла не только обеспечение нормальных условий жизни, но и труда/занятости, создание рабочих мест, развитие экономики.
Биотехнологии несомненно надо развивать – это будущее человечества. С другой стороны, для того чтобы развиваться в правильном направлении, необходим контроль, связанный с проверкой на безопасность. У нас очень плохо развита система биобезопасности.
В столкновении большой важности и одновременно потенциальной опасности биотехнологий формируется одна из главных задач биотехнологического проекта – разработка методологической базы социогуманитарной экспертизы инновационных проектов в области биотехнологий. Повышенная актуальность и сложность этой задачи связана с недостаточной разработкой на сегодня методов независимой гуманитарной экспертизы вообще.
Чтобы предвидеть потенциальные угрозы при разработке методологии и принципов гуманитарной экспертизы необходимо исходить как минимум из двух посылок:
1) «презумпция виновности»: любое социальное или научно-техническое новшество можно считать источником возможных негативных последствий, рисков, угроз для человеческого потенциала, пока в отношении него не показано обратное;
2) «презумпция бдительности»: нередко угрозы, риски и негативные последствия оказывались непредвиденными н


Просмотров: 2138
Рейтинг: 5.0/1
Добавлено: 19.02.2010
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]