03:00

Справедливые отношения между экономиками - 2

5. Чучхе, автаркия, разумный протекционизм

Назад <<

Государство и общество должны искать выход в сложных обстоятельствах и свое место в мировой экономике солидарно. 
В условиях сложных, неоднозначных взаимосвязей разных аспектов товарной и финансовой сфер, причем экономик разных стран, есть главный принцип анализа – необходимость взгляда со стороны развития производства. Так и в анализе, и в составлении реформ.
Только устойчивое и развивающееся производство способно постепенно выправить системную разбалансировку экономики. При этом, исходя из природных и текущих экономических особенностей, не только возможна, но необходима грамотная протекционистская политика. Грамотная – то есть не приводящая к консервированию отсталости и иждивенчеству, но наоборот задающая направления развития.
Главное – это люди, это интеллектуальный и культурный потенциал. Главное, чтобы они не были отрезаны от достижений других культур и других экономик. А именно при паритетном курсе и «легком» курсе люди слабых экономик имеют возможности дешевле покупать импортные технологические новинки (на которые, естественно, не надо вводить заградительные пошлины). При этом на развиваемые или критические виды продукции страна должна иметь возможность вводить свои пошлины. Естественно, имея меру, ответственность и грамотность.
Понятно, что при этом рынки начинают дробиться, емкость мирового рынка уменьшается, и уменьшается общая возможность внедрения новшеств в целом по миру. Но и здесь не всё однозначно. Особенно в связи с процессами, идущими в мире.
Во-первых, новшества – не самоцель, у них тоже есть цена в человеческом измерении. Во-вторых, это и есть вызов для интеграции; но интеграции на определенных, гуманистических принципах. В-третьих, страны, как и люди, должны иметь возможность самостоятельного вырастания, в том числе в технологиях; это дает технологическое разнообразие, разнообразие продукции, и в конечном итоге позитивно влияет на конкуренцию и прогресс. Абстрактно-идеологические подходы в экономике вредны, всё в ней – конкретно и своеместно.
Да, есть ценности открытого общества. И их никто не отрицает. Но когда они не привязаны к реальным обстоятельствам, они становятся абстрактными и разрушающими.
Странам, считающим себя передовыми, правоверными и т.д. надо раз и навсегда прекратить насильный экспорт своих ценностей. Для устойчивого развития необходимо способствовать внутреннему росту в странах, росту сознания. Для чего работает только пример; пример следования определенным ценностям в меж-экономических отношениях. Это значит, страны должны иметь возможность самостоятельного развития, в том числе экономического. Их экономики не должны ломаться, но сами расти и встраиваться в общемировой контекст. Это значит, что «протекционизм» (или правильнее говорить самоорганизация, самовоспитание) является как раз нормой. 
И здесь, после этих деклараций возникают вопросы.
«А северо-корейская идея «чучхе», идея опоры только на свои возможности? Каков результат этого в сравнении с той же Южной Кореей?», - спросите Вы… Ну что ж, тогда по порядку.
Ситуация в Северной Корее, в закрытом и тоталитарном обществе в общем понятна. Военизированная экономика, распределительная система, подавление личности. Система предельно централизована, замкнута на одном человеке, держится на командах. Власть построена, как жесткая административная система, инициатива не приветствуется, народ пассивен. В результате страна еле-еле может себя прокормить. Подавление субъектности человека, превращение его в придаток административного механизма – вот причина того застоя, который демонстрирует Северная Корея. А нормальная мысль «опоры на свои силы», оформленная в идеологему «чучхе» - это просто своя ширма, призванная «узаконить», оправдать тотальную закрытость страны в целях сохранения власти одной клики…
Надо сказать, что Ю.Корею в конце 1997 года настиг свой кризис (например, задолженность страны с населением менее 50 млн. человек превысила 200 млрд.дол.). Валютные резервы страны составляли менее 4 млрд. долларов; народ стал отдавать свои украшения в обеспечение «вона»… Экономическая реформа в Южной Корее осуществлялась под патронажем МВФ. Но ментальность корейцев позволила очень быстро (к осени 1998 года) изменить начальный «антикризисный» план на концепцию "неолиберального этатизма". Государство взяло на себя четкие функции координации и управления, функции обеспечения договоренностей между всеми секторами общества.
В (http://www.refbank.ru/econom/101/econom101.html) находим.
«С сентября 1998 г. акценты в экономической политике администрации были сделаны уже на неокейнсианских методах стимулирования эффективного спроса за счёт дальнейшего снижения стоимости кредита, расширения бюджетного (дефицитного) финансирования, контролируемой эмиссии, ускоренной реструктуризации ФПГ, "рассасывания" безработицы и т.д.
В результате процентная ставка в Южной Корее сократилась с 30% (в начале года) до 8-10% к концу года, расчетные показатели дефицита бюджета были увеличены до 5% ВВП, государство пошло на увеличение ассигнований в фонд занятости, социальных выплат, предоставление кредитов малому и среднему бизнесу. … Новая экономическая политика РК предполагает также использование до 70% бюджетных средств на финансирование госпрограмм в области строительства, НИОКР и образования.» 
И в этом же источнике о причинах кризиса в Ю.Корее.
«Экономический кризис в Южной Корее проявившийся в истощении валютных резервов, "бегстве" из страны ино-капитала, резком обесценивании нацвалюты и повальном банкротстве южнокорейских компаний, выявил целый ряд "хронических болезней" южнокорейской экономики. Наиболее серьезная из них - чрезмерная концентрация капитала в руках небольшого количества финансово-промышленных групп, которые, пользуясь своим привилегированным положением и влиянием на правительство, проводили бесконтрольную политику в области заимствований и инвестиций. Подобная практика привела к колоссальному росту долговых обязательств и образованию структурных диспропорций в экономике. Не менее значимой проблемой стала внутренняя неподготовленность общества к восприятию политики форсированной "либерализации" и "глобализации". После "открытия" внутреннего рынка многие южнокорейские компании, обремененные краткосрочными долгами и не сумевшие найти свое место в международном интеграционном процессе, пали жертвами циклических изменений мировой конъюнктуры, особенно в период азиатского кризиса. Массовые банкротства фактически парализовали финансовый сектор южнокорейской экономики, дестабилизировали кредитно-денежную систему страны.» 
Не правда ли, очень похоже на Россию; и стало бы ещё более похоже, если бы вступили в ВТО. В другом источнике (http://revolution.allbest.ru/international/00020300_0.html) о причинах кризиса читаем.
«Схема финансового кризиса была примерно одинаковой: массовый отток внешнего капитала создавал угрозу падения курса национальной валюты, после чего иностранные институциональные инвесторы, действовавшие на внутреннем рынке, стремились вывести капитал и зафиксировать полученную прибыль. В результате, кризис распространялся на различные сектора финансового рынка.
Как показывают многочисленные исследования, сокращение инвестиций в период валютно-финансового кризиса связано с возникновением дефицита кредитных ресурсов (то есть с сокращением их предложений со стороны финансовой системы) и снижением спроса на инвестиционные ресурсы из-за ухудшения финансового состояния корпоративного сектора страны. Инвестиционный спад, ставший причиной резкого сокращения ВВП в Южной Корее, был усилен особенностями стратегии развития в этой стране 80-90-х годах, когда государство стимулировало частные инвестиции путем постепенной либерализации внешнего, корпоративного и финансового секторов.»
Какие можно сделать здесь предварительные выводы? Во-первых, власть должна понимать свой народ, быть плоть от плоти его; и тогда не копировать чужое, «не стесняться» думать и чувствовать самим. А, во-вторых, власть должна осуществлять ограниченный протекционизм – тот, что позволяет открытой экономике сохраняться при определенных вызовах ино-включений в её теле, и, прежде всего в финансовом секторе.
 
А вот теперь вернемся к взгляду на обе Кореи. Здесь воочию видны 2-е довлеющих крайности: идеология и капитал. Из 2-х диктатов, конечно, для человека опаснее идеологический. (Но вот когда капитал вооружается ещё и идеологией, и именно, как средством манипулирования, то…, впрочем, сейчас не об этом.) В Северной Корее мы видим исключение свободы человека и попрание настоящей справедливости. Справедливость не может быть без свободы; так и свобода – без справедливости. И проблема её – не просто в экономической закрытости. Между С.Кореей и С.Аравией есть такая простая-простая и странная разница. В обеих странах есть ограничения по въезду, но только в С.Корее есть ограничение по выезду. Это может показаться ерундой; но посмотрим дальше.
В Саудовской Аравии отнюдь не открытое общество, и экономика её отнюдь не открытая. Но её шейхи планово направляют прибыль на развитие своих людей и своей национальной культуры. Именно в открытости этого канала в задействованности этого канала – причина успеха этого национального государства. Конечно, при том и исходном, что есть нефть.
Тогда вновь возвращаемся к Южной Корее, у которой нет ресурсов, но в которой действует политика со странным названием «либеральный этатизм». А понять его можно, если разделить экономику и идеологию, если не смешивать интересы клики с интересами народа. В Южной Корее тоже существует традиционная клановость, традиционная организация групп по общему месту учёбы или месту происхождения. Но в обществе нет иной довлеющей идеологии, кроме интересов нации, интересов культуры. «Либеральный этатизм» – это серьёзное участие государства в управлении экономикой при сохранении свободы проявления личности, что возможно лишь в традиционном уважении и сохранении своей культуры. Что здесь относится к закрытости или открытости?..
Как таковую закрытость определяет, прежде всего, закрепощение человека в личностном проявлении, закрытость в идеологии. Речь при этом не идёт об отсутствии у государства культурной политики; настоящая культура является условием действительной личностной реализации, как родной язык является основой самовыражения.
Северная Корея закрыта и пожинает свои плоды не из-за закрытой и плановой экономики, а из-за состояния людей. На переднем плане успеха или неуспеха страны оказывается человек и степень национальной ориентированности экономики. А национально ориентированная экономика Южной Кореи вовсе не означает тоталитарного политического устройства! 
А как связаны закрытость/открытость с историческими социализмом/капитализмом? Свойствами исторического социализма являются жёсткое плановое управление экономикой и государственная политическая идеология. Что ж, по этим признакам такое общество можно назвать закрытым. Но что интересно, к этому может прийти и капитализм без всяких революций… И опять возникает вопрос о признаках разделения обществ на социалистические и капиталистические.
Во всяком случае, мы можем констатировать, что общество с жёстким плановым управлением экономикой и государственной политической идеологией – это «закрытое общество». А вопросы протекционизма не имеют к этому никакого отношения.
 
До понятия «чучхе», за которым больше идеологии, существовало и существует понятие «автаркия», прямо указывающее именно на экономическую самодостаточность. С.Корея так и не смогла создать автаркию, там постоянно не хватает продуктов питания. А в регрессивное состояние она идет по духовной составляющей. Назовём такое болезненное положение «изоляционизмом». 
Автаркия и экономическая самостоятельность, самодостаточность – это одно и то же. Самостоятельность – это хорошо? А «государственная экономическая самостоятельность» – не совсем? А соображение Сократа: «Чем более мы самодостаточны, тем ближе к божеству», – не имеет отношения к обществу и государству? О чем же тогда говорит Аристотель: «Государство - это самодовлеющее общение граждан, ни в каком другом общении не нуждающихся, и ни от кого другого не зависящих»… Можно, конечно, сказать, что сферы общения не имеют отношения к экономике. С чем я не соглашусь. Такое разделение духовного и материального – тоже своего вида «изоляционизм». Но здесь эту дискуссию лучше пока оставить.
И ещё раз напомним о Фридрихе Листе, о его успешных для своей страны и народа реформах (а Германия тогда была в подобном положении, как сейчас Россия) в опоре на разумный протекционизм и целенаправленное строительство индустрии.
В «Основах геополитики» Александр Дугин пишет: «Автаркия – самодостаточность, возможность устойчивого существования экономической, социальной, экологической и др. систем только за счет внутренних ресурсов. История цивилизаций показывает, что минимальный уровень, необходимый для реализации автаркии социальных систем, постоянно повышается. Применительно к геополитике справедлив закон, сформулированный Жаном Тириаром «от городов-государств через государства-территории к государствам-континентам». Условием эффективного функционирования автаркийных ансамблей в современной ситуации являются обширные интеграционные процессы в континентальном масштабе. От качества реальной автаркии напрямую зависит понятие «суверенности» государства, общества, стратегического блока». А выделяя мировоззрение Ф.Листа, Дугин пишет, что по нему существует автаркия больших пространств, «связывающая экономическое развитие с территориальным и демографическим фактором. Согласно ей, хозяйственное развитие стран, вступающих в рыночную среду, наиболее эффективно только в том случае, когда это осуществляется через систему промежуточных этапов, на протяжении которых государство контролирует процесс реформ, искусственно поощряя развитие внутренних промышленных и торговых институтов».
Формой протекционизма является и поддержка внутреннего спроса, связанного с упоминавшимся выше курсовым диспаритетом и являющийся основой самостоятельного развития.
Д.Сладков, размышляя о наших реальных путях, пишет.
«Промышленное развитие России предполагает преимущественную опору на внутренний рынок с использованием главного конкурентного преимущества в ситуации предстоящих глобальных кризисов - значительной территории, большого объема внутреннего рынка и внутренних ресурсов. Эти преимущества позволят России строить высокодиверсифицированную, а значит устойчивую и независимую экономику. Здесь основным источником ресурсов сможет стать внутренний спрос.»
В самой по себе автаркии, как и многих вещах, нет ничего плохого. Как всегда дело в том, как автаркию понимают, и как исполняют? Всё дело в конкретной протекционистской политике, вызванной особенностями реального состояния страны.
Паршев А.П. всю книгу «Почему Россия не Америка» (http://www.duel.ru/publish/parshev/index-1.htm) посвятил этому вопросу. «Для нас всё мировое - демпинг. Всё дешевле себестоимости - нашей себестоимости! Мы имеем право и на пошлины, и на кооперативный Внешторг!»
Вот его выводы о принципах внешней торговли:
1. Мы (то есть наш рынок) можем торговать с западным - но при этом не должно происходить утечки капитала. Должна быть при определенной организации монополия внешней торговли.
2. Все купленное на западном рынке должно продаваться на нашем рынке по таким ценам, которые не будут подрывать позиции нашего производителя. Импортная продукция продается у нас в стране по ценам, которые не должны быть ниже средних издержек на производство этой же продукции в нашей стране.
Здесь вопрос справедливости рассматривается с позиций капитала. Здесь: «будет хорошо национальному капиталу – будет хорошо и народу». Всё бы ничего; и всё же это XIX век. Комплекс современных проблем, их общий характер делают важной составляющей успеха решения этих общих проблем именно поиск на путях объединения человечества.
Не отрицая важность для России этих пунктов А.П.Паршева, необходимо иметь пункты, важные именно для людей, идущие от положения людей.
 
Вообще простая справедливость торговых отношений установится, когда на планете будет одна валюта. Но, во-первых, как мы говорили, это будет фактом единой экономики, а единую экономику можно построить только в едином обществе и на примате человека, а не прибыли. Во-вторых, в этом случае экономическое мировоззрение (экономические ценности, культура) и соответственно культура эмиссии должны быть не те, что главенствуют сейчас; и институты эмиссии должны обладать общим контролем и доверием. И, в-третьих, должна быть умная программа умной поддержки «окраинных экономик», если в связи с общей культурой будет ценно многообразие культур. А иначе пока лучше, чтобы между экономиками были границы. Которые, как переборки на кораблях, являются границами общей выживаемости.
И я то, как раз, против границ. Но дело вообще не в моих желаниях. Надо быть реалистами, а не просто «хотеть, как лучше, и получить – как всегда». Мы видели, как преодолеваются границы глобалистами-либералами, разрушая экономики стран проникновения с «отсасыванием» всех и всяческих ресурсов: финансовых, природных, человеческих. При всех красивых словах о помощи – экономическая мотивация и идеология то другие… А экономические перегородки будут уходить сами при экономически грамотном и гуманном отношении, при неделании хуже друг другу. 
Да, в данном вопросе впереди должна быть грамотная всеобъемлющая политика. Обычно политика или вырождается в диктат, или обречена, если нет опоры на реальные человеческие ценности и свои системные экономические механизмы, в которых опять же человек является субъектом. И эти механизмы есть для предлагаемой здесь политики. В конечном же итоге, становление объединенного человечества – это вопрос изменения общей цивилизационной культуры, изменения сознания и вопрос времени.
Не должно быть клише: закрытость – это плохо, открытость – это хорошо. Всё – контекстно, и есть главное мерило и мотив – благополучие народа, понимаемое в соответствии с его ментальностью, культурой, смыслом и общей перспективой существования.
В признании необходимости границ (экономических ограничений) есть опасности. Разного рода, а для нас, прежде всего – в противоречии этого нашей ментальности. Мы – открытый народ; поэтому надо быть достаточно осторожными, идя в определенной мере против своей ментальности. Но есть обстоятельства. И надо быть реалистами в рамках этих обстоятельств; пока они не исправлены.
Вопрос надо ставить так, чтобы границ не было. Но вместе с вопросом надо предлагать и ответы, решения. И прежде всего по справедливой международной финансово-торговой системе.
Для России же выбор находится не в этой простой дихотомии. Россия в её историософии и реализовавшейся истории, в её духовных и земных пространствах не может изолироваться, не может не быть открытой. Её судьба – удерживающая и проводящая. Она – сообщение, коммуникация комплекса важных объединяющих, гармонизирующих идей. Но не за счет себя! Она сама по себе – ценность. Как необходимый скреп, как дух.
Открытость – она условна. Она – никак не безусловная ценность.
Открытость или закрытость – это не ценность, не цель. Это – средство. Средство для справедливого мира.
 
Подведём итоги. Во всем комплексе общественных отношений нет однозначной связи между экономическими открытостью/закрытостью и благосостоянием. Всё дело – в истинной мотивации лидеров, в их служении культуре и людям, а также в соответствии ментальности (душе) народа и обстоятельствам времени.
Можно задать вопрос. А каков баланс в некоторой закрытости страны и в свободе человека? Что важно, мы говорим об экономической и выборочной закрытости; и эта закрытость – палка о двух концах, что и должна понимать власть, имея сверхэкономические цели. И мы говорим о свободе, не как об абстрактной идеологеме, а об осмысленной свободе, о свободе ради чего-то. Ради чего? Ради развития себя и общества, ради развития культуры. Вот этими уточняющими ремарками, задающими современные параметры и механизмы справедливости, мы и отвечаем на исходный вопрос абзаца.
И помните, мы говорили о странной особенности «закрытых обществ», касающейся запретов на выезд. По аналогии этому административный запрет продажи своих ресурсов может блокировать жизнь в других странах и быть причиной конфликтов. Поэтому существует проблема управления такими ситуациями. Можно принять, например, следующие правила для стран; но при условии, что их экономики не испытывают спекуляционного давления, то есть это обоюдное требование. Можно вводить ограждающие пошлины на ввоз, нельзя – на вывоз. Но при этом страны могут регулировать цены, общие для внешнего и внутреннего рынка, с помощью ренты, акцизов, налогов. Если же товары уходят, добивайтесь изменений внутренней конъюнктуры. Точно также в политике: можно ограничивать въезд (иммиграцию), не надо ограничивать выезд (эмиграцию). Ещё раз нужно отметить: эти правила будут справедливыми только в системе других правил, уравнивающих шансы экономик через человека (см. следующие 7 пунктов).
 
 
6. Семь пунктов
 
В.Артюхов пишет о перерождении денег, об оформлении соответствующего мировоззрения. И напоминает о механизме несправедливости, соединяющем в себе торговый и финансовый аспекты в чистом виде.
«Финансы сегодня никак не связаны с материальным производством и не отражают его реальное состояние. Деньги перестали быть меновым эквивалентом и превратились в инструмент для несправедливого и неправомерного присвоения материальных благ. С начала XX века в Америке, а затем и во всем мире зародилась, укрепилась и завоевала всемирно-монопольные позиции каста наперсточников-финансистов, которые разработали для оправдания своих махинаций «экономические теории рынка», внедрили их в мозги мирового населения, как неизбежно-необходимый элемент существования любого государства. Они наладили расширенное воспроизводство себе подобных, изобрели собственный язык (маржа, рефинансирование, волатильность, бонус-малус и т.д.), на котором даже простейшие и очевидные вещи звучат так, что любой смертный (даже образованный) ничего не понимает и заранее начинает уважать, не подозревая, что ему просто пудрят мозги.
На биржах сегодня идет не торговля, а игра (это именно так у них и называется). Игра в наперсток, потому что правила и «инструменты» они назначают сами. Бедный премьер Путин удивлялся по TV абсолютно нелогичной и несправедливой ситуации, когда капитализация компании оказалась меньше остатка не ее счетах… А чего тут удивляться если по их правилам 100 (из миллиона, то есть 0.01%) проданных за бесценок акций за день рушат капитализацию компании на миллионы, а всей страны - на миллиарды. Это непосредственная угроза безопасности страны, а Путин только руками разводит – вот видите как несправедливо получается… А сделать он ничего не может, хотя и мужик резкий, и должность вполне позволяет. Наперсточники сильнее. Хотя с точки зрения здравого смысла – почему бы не менять по результатам торгов капитализацию компании пропорционально числу проданных акций (то есть здесь плюс-минус 0.01% от цены торгов)? Логично, но нельзя – потому что иначе игра превратится в справедливую торговлю и наперсточники не смогут наварить «из воздуха» несметные материальные богатства.»
И далее.
«Начало мирового кризиса – обвалы деривативов, а первый из них, проявившийся на самом ёмком и глобально вздутом потребительском рынке – обвал ипотечных кредитов. Треснула и посыпалась система жития в кредит – американский образ жизни, который она растиражировала по всему миру. Кредит – это взятие средств из Будущего. Они нахватали оттуда столько ресурсов, что они в Будущем просто кончились, вот их и в реальности не стало… 
Будущее можно проедать лишь в пределах некоего запаса, который можно успеть возвратить, воплотив его. Превышение этого – выход на непрогнозируемую рисковую тракторию развития. В этом смысле очень опасные инструменты – фьючерсы и длинные деньги, они залезают в будущее, будущее может не простить.
В физических системах есть полезная энергия, а есть рассеянная энергия – энтропия. В экономике энергия – это деньги. Запас денег – полезная энергия, отрицательный запас (долг) – энтропия. Кредит – это энтропия. Кредитная экономика – фрахтование ресурсов в будущем; этот процесс, не дополненный возвратом порядка в виде структур созидания, повышает энтропию. 
Бытие в долг – энтропийный процесс. Любая кредитная система энтропийна, а если она выходит за уровень страхового резерва – она еще и рискованна. Накачка экономики США долгами (кредитами) сделала ее сильно энтропийной, в ней почти не осталось полезной энергии, чем же поддерживать ее структуру? Развал предопределен, вопрос был только во времени – когда. 
Когда же развалилась система деривативов (начиненная долгами, энтропией), мы получили рассеянные по всему миру долги – энтропия мира существенно возросла. Вот что мы объективно и имеем сегодня – тотальные долги и энтропию.
В столь быстро и сильно энтропизированном мире есть только один быстрый метод выхода из кризиса – найти столь же быстрый и мощный метод самоорганизации – неважно в какой сфере, но он должен быть адекватным кризису по мощи и скорости. Единственным из всех доступных и реализуемых сегодня методов является мировая война…» 
Время сжалось, карты открываются. Чтобы собраться для решительного рывка русофоб и злой гений СССР Г.Киссинджер говорит открытым текстом: «Дилемма проста: глобальное управление в сфере финансов существует, но в политике по-прежнему тон задают национальные государства. Поэтому или будут созданы политические наднациональные органы, с полномочиями для решения подобных кризисов, или же мир откатится к регионализму и меркантилизму XIX века». И эти термины то на «-изм» придуманы в самой Англии для противостояния подъему в Европе отдельных стран, той же Германии. Теперь надо противостоять глобально, вроде как на прошлом положительном опыте…
 
Справедливость международных экономических отношений может быть выстроена лишь как справедливость на уровне людей, которые и являются целью любых настоящих экономических отношений. А что иное может быть целью в рамках всей экономики? Богатство? Для отдельного человека это может быть целью. Для экономики – это бред! Бред, приводящий к кризисам, войнам, уничтожению природы и культуры; и в конечном итоге самого человека.
То есть на уровне людей разных стран должен быть по среднему примерный (вспомните соотношение по западным странам, расхождение в пределах 15%) паритет покупательных способностей. Ведь дело – не в отдельных компаниях и отдельных экономиках; дело – в людях, в их творчестве. От этого и надо строить экономики, независимо от границ. Такая истинно открытая система не должна (ну, разумеется, не административно) вызывать переток «мозгов» из привычной среды, но вызывать кооперацию; не должна вызывать и иждивенчество, но поддержку обществом в реализации себя в созидательном труде. Для чего не обязательно снова делать «социализм», исторической сутью которого было жесткое централизованное управление и явное подавление личности. Сохраняя свободу и дополняя её «системной справедливостью» социально-экономическое устройство лучшим образом организуется в рамках «капиталистической экономики с переходными параметрами». 
Я нисколько не превозношу «капитализм», где личность может быть угнетена, и на самом деле угнетена более изощренно, чем в дубовом «историческом социализме». Я просто не хочу «махать саблей», выставляя условием обязательную смену «изма». Не в этом дело! Дело – а конкретном проекте, к которому можно прийти из любого положения. Но из капитализма даже проще, потому что проще преодолеть «экономизм» в виде «либерализма», нежели его же в виде «марксизма».
 
Выше были поставлены проблемы и аспекты справедливости между экономиками. И мы говорили, что необходимо обозначить исходные международные механизмы для реализации справедливых отношений, для формирования устойчивого развития. Понятно, что они образуют систему. Вот эти базовые пункты «нового мирового сообщества».
1. Валюты стран должны соотноситься по покупательной способности, по товарному паритету.
2. Все страны должны установить исходное распределение в оплате труда в пределах квадратичных распределений (между кривыми А1 и А2); или в соотношении по децильному коэффициенту до 1:10.
3. Должна действовать рекомендация (а также механизмы сотрудничества) по достижению странами примерного паритета покупательной способности оплаты труда. Должен устанавливаться международный «критериум» средней зарплаты с отклонением для «клуба развитых стран» в пределах ±10% . 
4. Страны при этом сами определяют свою валюту, свою налоговую политику, свои механизмы регулирования цен и цены на экспортируемое сырьё или продукцию. Предел отличия внутренних и внешних цен устанавливается коэффициентом «экономической неблагоприятности» территории в рамках международного кадастра. В перспективе может действовать также и коэффициент «экологической затратности» продукта.
5. Страны не могут закрывать экспорт сырья или продукции. Страны могут регулировать импорт сырья или продукции. Страны допускают международный мониторинг охраны окружающей среды.
6. Страны не могут ограничивать эмиграцию (кроме как в рамках принятых человеком обязательств), но могут определять список «persona non grata». Страны самостоятельны в своей культурной политике, но не могут уничтожать объекты культуры или препятствовать работе с ними представителям других стран.
7. Мировое сообщество имеет единое авторское право (как на технические изобретения, так и на работы в области культуры). Фактом мировой охраны является любая публикация, в рамках открытых, официальных правил в открытых, доступных и утвержденных источниках. Плата за охрану и экспертизу (по решению пользователя) взимается по факту его коммерческого использования. Принадлежность авторских прав защищается в суде на основе мирового права; последней инстанцией является специальный международный суд.
 
Эти 7 пунктов – это не слабая позиция, не просящая позиция. За ними не просто увещевания, но реальная экономика со своими системными механизмами. Так получилось, что при построении экономических механизмов «от человека» – что в одной экономике, что в отношениях между экономиками – выстраивается одна система. То есть международные отношения имеют поддержку и оформление в предлагающейся сродственной системе национальной экономики, построенной в опоре на человека, «economy sapiens». Но и любая страна, идя от этих простых и очевидных соглашений, опираясь на соответствующие международные структуры, будет строить свою экономику в соответствии с традицией.
Эти пункты – базовые. Исходя из них отдельные экономики (страны) будут взаимодействовать, конкретизировать и обретать конечный формат. Просто, если этого нет, то дальше всё выстраивается в систему столкновения и деградации.
А исходными в этой системе отношений являются первые три пункта. Они сложны для согласия ещё и в силу своей конкретности. Они исходят из определенного мировоззрения и формируют мировоззрение. Особенность же 3-го пункта в том, что здесь директивно ничего не решишь. Всё в конечном итоге будет зависеть от стремления конкретной нации, от качеств её лидеров, от грамотности и добросовестности экономической политики, суть которой выбор и поднятие своих секторов производства. Но это надо ставить, как задачу, и как критерий для всей глобальной экономики. Это направление для развивающихся экономик и путь сотрудничества с ними для развитых. Неразвитый, закрытый, отстающий сосед – это элемент общей нестабильности и деградации. Сбалансированное развитие стран, регионов, народов невозможно при проблемном уровне (>20%) диспаритета покупательной способности зарплат!
 
Наверное, здесь есть смысл сформулировать экономические принципы, которые соответствуют этим пунктам.
Общий принцип: идеологическая свобода человека при безусловных цивилизационных (культурных) ценностях и четкая пропорция участия государства в экономике, связанная с установлением в ней обратных связей и ведущая к гармонизации отношений, при сохранении свободы инициативы и поддержке реализации инноваций государством.
Частная собственность? – Конечно, да! Но сама по себе она не создает устойчивость, эффективность, благополучие. Не надо её (да и любое другое) абсолютизировать, как универсальный, обязательный и безусловный принцип. (Частный и понятный случай нераспространения частной собственности – объединяющее общество национальное достояние; а потом объекты/инфраструктура безопасности и т.д.) Всему свое место, и всё соединяется на своих пропорциях и в своеместных отношениях. 
А если более конкретно, то необходима частная (по исходной сути, по юридической форме), и одновременно общенациональная (по радению, по общему хозяйственному делу) собственность! И это кажущееся противоречие решается всего лишь механизмом ремиссии прав собственности.
Вопрос в том – какие ценности управляют общественным сознанием, что «сегодня принято». При определенной идеологии частная собственность, предоставленная сама себе, уничтожит всё, и саму себя, в конце концов. Жизнь изменчива и требует гибкого изменения-подстройки обстоятельств саморазвития свободных экономических субъектов… То есть именно таких параметрических механизмов управления, как, например, «ремиссия прав собственности», или «гармонизация распределения доходов», или «налоговое управление коридором рентабельности с направлением инноваций», или «инвестиционные облигации» и т.д.
Необходима постоянная укорененность управления, то есть мониторинг экономической жизни. А не следование чьим-то абстракциям. В этом – настоящая политика. Такой дискурс управления и составляет наше понимание экономических механизмов.
Мы говорим о системе политических и экономических механизмов, когда человек (не корпорация!!) займет центр и основу системы. А государство, которое при этом не ослабнет, а укрепится (потому что укрепится человек) будет той правовой средой, в которой это будет возможно. И это возможно лишь при установлении цивилизационных ценностей, ценностей Культуры.
Это – не фантазия. Это проект, который существует здесь и сейчас.
 
В общественно-экономическом и научном дискурсе надо перейти от идеологии Капитала к Идеологии Цивилизаций. От узкого термина, занявшего и выстраивавшего область общественных отношений, ему вольно приданную – к понятию, действительно исторически и культурно объемлющему и содержательному. Говоря далее о свободе человека, мы и заявляем, что «цивилизационной доктрине» экономическим субъектом как раз и является человек, а не «его величество Капитал». Что и есть основа настоящей свободы.
Между этими парадигмами нет мостков. Здесь: или – или. Так и «справедливые экономические отношения» надо строить, вс


Просмотров: 1985
Рейтинг: 0.0/0
Добавлено: 12.03.2009
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]